Двойной Дозор. Беседы при ясной луне. Продолжение

Покружив вокруг избушки, «полтора инквизитора» уселись на камушки друг напротив друга. Все еще полная луна заливала белым светом лужайку, поросшую густой травой, и, кажется, можно было разглядеть каждую травинку. Мартов поднял голову и посмотрел на луну.

— Который день такая луна…

— Что?

— Полная. И худеть не думает.

— Разве плохо?

— Хорошо, я люблю полную луну. Светло…

— Давай вернемся в твоей Татьяне.

Вовка насупился.

— И не моя она вовсе.

Владислав засмеялся.

— Хорошо, не твоя. Так что делать с ней будем?

— Может, выпустим? – предложил Мартов.

— А дальше?

— Накормим, напоим…

— И спать уложим?

— Ну да…

— И секс?

— Зачем? Пусть так живет…

— Боюсь, не получится. Что ты знаешь о суккубах?

— Почти ничего, если только ты расскажешь что-нибудь.

— Расскажу. Первые, кто приходит на ум – это Валерия Мессалина. Знаешь, кто это?

— Исторический персонаж. Жена императора Клавдия. Бесноватая какая-то.

— Вот! Ненасытная до невозможности. Вот что писал о ней древнеримский поэт Ювенал в своих «Сатирах»:

Ну, так взгляни же на равных богам, послушай, что было

С Клавдием: как он заснёт, жена его, предпочитая

Ложу в дворце Палатина простую подстилку, хватала

Пару ночных с капюшоном плащей, и с одной лишь служанкой

Блудная эта Августа бежала от спящего мужа;

Чёрные волосы скрыв под парик белокурый, стремилась

В тёплый она лупанар, увешанный ветхим лохмотьем,

Лезла в каморку пустую свою — и, голая, с грудью

В золоте, всем отдавалась под именем ложным Лициски;

Лоно твоё, благородный Британик, она открывала,

Ласки дарила входящим и плату за это просила…

— Мда… А еще кто?

— Клеопатра.

Инквизитор закатил глаза и процитировал по памяти:

— Клеопатра VII правила Египтом 21 год последовательно в соправительстве со своими братьями (они же по традиции формальные мужья) Птолемеем XIII и Птолемеем XIV, затем в фактическом браке с римским полководцем Марком Антонием. Являлась последним независимым правителем Египта до римского завоевания и нередко, хотя не совсем правильно, считается последним фараоном Древнего Египта. Широкую известность приобрела благодаря любовной связи с Юлием Цезарем и Марком Антонием.

— И что?

— Да ничего! Ей было все равно, кто рядом с ней: брат, кум, сват, Антоний или Юлий Цезарь. Лишь бы мужик. Вот что писал о ней римский историк IV в. Аврелий Виктор: «Она была так развратна, что часто проституировала, и обладала такой красотой, что многие мужчины своей смертью платили за обладание ею в течение одной ночи». Представляешь, какой бардак у нас начнется, если мы выпустим из «фриза» Татьяну Угарову?

— Не-а… Не очень… Ладно, еще примеры есть?

— Таис Афинская.

— Так ее Ефремов выдумал!

— Конечно, нет. Слишком много конкретных исторических персонажей, рядом с которыми упоминается ее имя: Македонский, Птолемей и прочая, и прочая, и прочая.

— А Екатерина Вторая? Тоже суккуба?

— А вот тут обычная психология – психология женщины, одинокой в толпе. Возможно, ей не нужно было становиться у власти, а просто выйти замуж и растить детишек у себя в Пруссии. Но история распорядилась по-другому…

— С суккубами более-менее ясно. А инкубы?

— Дон Жуан, Джакомо Казанова, ну, еще несколько персоналий.

— Ха, у Казановы женщин было чуть больше ста, – решил блеснуть своими познаниями Мартов. – Сто двадцать пять, что ли…

— А простолюдинки, о которых история умалчивает? Благородные рыцари врывались в соседние графства, убивали, грабили, пьянствовали и девок портили. А к благородным и относились благородно: «А не соблаговолит ли донна Анна пройти со мной на сеновал?». Так что смело умножай число женщин Казановы на сто, а то и на двести…

— А куда все эти суккубы-инкубы деваются после развоплощения?

— Ясное дело, все здесь. Они же Иные. Давай-ка закругляться, что-то в сон потянуло, видать к дождю.

— Подожди, мы еще не решили, что с Татьяной делать. Не век же ей во «фризе» находиться.

— Ну, можем «реморализацию» провести.

— А что это?

— Простое заклинание, после чего она забудет, что была Темной, суккубой.

— И что дальше?

— А дальше будет «бродить, как призрачная тень, внимая сумрачным желаньям», – процитировал Владислав неизвестного поэта. – Овощем, стало быть.

После чего сладко потянулся:

— Ну, что? Пойдем, подрыхнем? Рассвет скоро.

— Сейчас. У меня тут мысль мелькнула.

Мартов весь поджался от близости решения.

— Что если нашей суккубе подыскать инкуба какого-нибудь? И пусть они «доят» друг друга. В энергетическом смысле.

— А что, дельная мысль, мой юный Инквизитор! Будут заниматься друг другом, не беспокоя честных граждан! Завтра продумаем детали. А сейчас – в объятья сладкие Морфея! Спать, то есть…

Двойной Дозор. Возвращение и следы

олько Виталик заснул, даже, кажется, увидел какой-то сон, как ощутил чье-то аккуратное прикосновение. «Мам, еще полчасика…», – пробормотал Светлый, подобрал слюни, и проснулся. Это была Сильвия.

— Я не могу спать, Виталь.

— Ну, почитай что-нибудь.

— Послушай лучше.

— Ну?

— Когда Албан нам инструменты выдавал, он нас в кладовку завел, а там в дальнем углу свет мерцает, и что-то гудит.

— И что?

— На портал похоже…

С Виталика слетели остатки сна.

— На поддержание постоянного портала нужна чудовищная Сила или артефакт древний.

— Ну, Силы здесь в избытке, мне другое интересно: зачем?

— Или «куда»? Давай утром нагрянем в клуб?

— Давай.

— А теперь спи…

— А предлог?

— Зачем? Мы – Двойной Дозор!

Наутро Виталик спустился вниз и встретил все того же оборотня Вольфа.

— Привет! Не подскажешь, где тут транспорт найти? – спросил Светлый дозорный.

— А тебе телега Габриэля уже не годится? – засмеялся Вольф. – Гремит сильно?

— Думаю, на сегодня наши пути с Габриэлем разошлись, – пояснил Виталик. – Ну, так как?

— Ехать-то далеко?

— Не очень. Албан дал Сильвии электронный аккордеон, а у Габриэля дома, где мы квартируем, электричества нет. Менять будем.

— Есть у меня велик, «тандем» называется, и багажник есть, даже два…

— Вот! Самое то!

— Жди, сейчас пригоню.

Вольф исчез за углом.

Проснувшись утром, бывший инженер, а теперь – начинающий Инквизитор Мартов, раздумывал над последней лекцией Владислава, лениво развалившись на лавке, накрытой тюфячком. Владислав рано утром открыл портал и исчез по своим делам. Вовка, было, задремал, но в дверь кто-то аккуратно постучал.

— Войти можно?

— Давай!

— Привет!

Солнце светило прямо в дверь, и Мартов поначалу не разглядел гостя, заметив только светлые растрепанные лохмы, обрамлявшие крупную голову. Гость вошел и, выпрямившись, тихо прикрыл за собою дверь.

— Привет! Чего хотел?

— Я – Габриэль, ваш сосед. А Владислав где?

— Нету его. В городе, наверное.

— Я тут мимо пробегал, нашел кое-что. Не ваше?

Габриэль помахал каким-то синим комком, зажатым в могучей лапе.

— А, наше, кажется.

Мартов узнал лабораторный халат, в который была одета Татьяна Угарова в той, человеческой жизни.

— Ты проходи, садись. Давай эту тряпку.

— Это не тряпка, это – одежда, причем, женская.

— Все правильно. Это – вещдок, мы его обронили при проведении следственных действий.

— Расследование? Чего?

— А вот это тебе Владислав расскажет. Если захочет.

Вовка поднялся с лавки, приосанился, и не спеша натянул серый балахон.

— О, так ты – тоже Инквизитор? – удивился Габриэль.

— Ну, да. Ученик. А ты откуда здесь?

— Мимо проезжали. Здесь за леском дорога, – охотно пояснил Габриэль. – Мы остановились, я соскочил ноги размять и нашел эту одежду. Так я пошел?

— Конечно. А за содействие следствию – благодарность!

Дверь хлопнула.

— Эй, погоди! Постой!

Но Габриэля и след простыл. Инквизитор Мартов выскочил на крыльцо и заметил на песке лишь цепочку очень крупных собачьих следов, ведущих к ближайшим кустам.

Двойной Дозор. Разговоры

Двойной Дозор, старательно вращая педали, колесил по Городу на велосипеде-тандеме, «подаренном» оборотнем Вольфом всего за две монеты. Конечно, Виталик толком не запомнил расположение клуба «Белый клык» и теперь вел Дозор по наитию, или по азимуту. То есть, как летает ворона. Ведьмочка Сильвия, разгоряченная физическими упражнениями, время от времени тихо шипела на Виталика, но тот на провокации не поддавался и лишь пыхтел, старательно запоминая обратный маршрут до гостиницы. Спросить дорогу было не у кого. Иные попадались навстречу редко, но и те, которые встречались, быстро скрывались в подворотнях или скрывались в переулках.

Город был огромен и, вероятно, был спланирован с учетом интересов его жителей. Двойной Дозор давно миновал «квартал вампиров», сплошь застроенный большими и маленькими замками и замощенный булыжником, проехал «квартал оборотней» с их хижинами и узкими грязными тротуарами совсем без покрытия и углубился в «квартал магов», настолько причудливый и запутанный, что Виталик счел за благо остановиться и честно признаться:

— Я заблудился. Можешь ругать меня по-черному и по-матерному.

Сильвия, набрав воздуха в легкие, обидно надулась, но в результате лишь громко и весело рассмеялась:

— Ладно, Сусанин! Вон бар, там дорогу спросим.

Виталик оглянулся и только теперь заметил скромную вывеску, которая гласила: Бар «Кузнечик», и, пониже, мелкими буквами: «Перестань ногами шмыгать, в нашем баре надо прыгать!». «Остряки, блин», — проворчал Светлый, и, подхватив тяжелый тандем, затащил его в подъезд под вывеской и прислонил к обшарпанной стене. Коротко выдохнув, он обратился в полумрак и позвал:

— Есть тут кто-нибудь?

— Открыто, заходите, – отозвался голос. – Только горячего пока нет.

Навстречу неторопливой походкой вышел хозяин заведения в белом фартуке, очень похожий на изрядно очеловеченного богомола с непропорционально длинными угловатыми конечностями и нежно-зеленой кожей. Интересно, что здесь подают, подумал Виталик, а вслух спросил:

— У вас позавтракать можно?

— Конечно! – обрадовался хозяин. – Заходите!

Двойной Дозор поднялся по коротенькой лестнице в пять ступенек и оказался в небольшом зале на шесть круглых столиков.

— Могу приготовить яичницу с ветчиной и подать чай, кофе, или напитки. – объявил хозяин, вытирая руки о фартук.

— Пойдет? – тихо спросил Виталик Сильвию.

Она кивнула.

— Нам две яичницы по пять яиц и сок, если есть, – сделал заказ Виталик.

— Мне черный кофе, – тихо сказала ведьма на ухо Светлому.

— И кофе! Один!

— Могу предложить к яичнице очень хороший томатный сок! – радостно прокричал бармен и, мгновенно потускнев, тихо добавил. – А кофе – только растворимый.

Он быстро переходил от радостного настроения, буквально щенячьего восторга к мрачной меланхолии и обратно. И когда принес заказ Дозорным, и когда рассказывал маршрут от бара «Кузнечик» до клуба «Белый клык».

Виталик быстро осушил высокий стакан с томатным соком и попросил еще. Бармен быстро обернулся и принес двухлитровую цветастую упаковку сока известной марки. Виталик налил себе еще стакан и крепко закрутил красную пробку.

— С собой возьмем, – пояснил Виталик Сильвии.

Она задумчиво кивнула, помешивая кофе серебряной ложечкой.

Светлый дозорный быстро расправился с яичницей и спросил:

— Ну, что, поедем?

Ведьма опять задумчиво кивнула:

— Поедем…Ты маршрут хорошо запомнил?

— Нормально.

Видимо, бармен слышал кусочек разговора и снова выскочил из-за стойки.

— Вы на чем, молодежь, ехать собираетесь?

— Велосипед у нас. Двойной. Тандем называется.

— Тогда осмелюсь предложить вам замечательный товар – колесо-мотор! На магической тяге, разумеется! Настоящий Китай! С установкой – всего десять монет! И за завтрак – ни цента! Ну, что, берете?

Виталий погремел в кармане оставшимися деньгами и рассеянно сказал:

— Берем, берем…

Через пятнадцать минут они весело подкатили под шорох велосипедных шин к клубу «Белый клык».

Двойной Дозор. В поисках истины

В клубе «Белый клык» возле входа в кладовую на колченогой табуретке сидел давешний лохматый мужик и с тоской смотрел на вошедших дозорных.

— Курить есть?

— Нет. Не курим мы.

— Жаль.

— А Албан здесь?

— Нет. Но обещал быть. Скоро. Курить точно нет?

— Нет.

— Тоска…. Ждите…. Я на минуту отойду, сигаретку стрельну.

Виталик и Сильвия присели на низенькую банкетку.

— Что думаешь, Сильва? Сок пила?

— Ну…

— Натуральный.

— То есть?

— На коробке много чего написано, в том числе – дата хранения. Зачем? Тут и так ничего не портится.

— Скопировали… Простое заклинание – «Зеркало».

— Значит, был образец?

— Ну, был…

— К тому же «Зеркало» копирует все шиворот на выворот.

— Ты к чему это?

— Контрабанда. Сок, вино, сигареты…

Сильвия грустно рассмеялась:

— Невозможно. Все говорят, что никакой связи с миром людей нет.

— А инструменты?

Виталик потолкал ногой футляр с гитарой.

— Что — инструменты?

— У меня был настоящий «Мартин». Здешний сделан с такой точностью, что наводит на мысль…

— Порталы?

— Ну, да…. Контрабанда.

— Может быть…. А вот и Албан.

Быстрой походкой вошел Албан, хмурый и сосредоточенный.

— Здорово! Репетировать?

— Нет. Двойной Дозор!

Албан с сомнением посмотрел на табуретку и сел прямо на пол.

— Так. Ясно. Так бы сразу и сказали. А то песни, музыка, концерт…

— Одно другому не мешает.

— Что расследуем?

— Расследует Инквизиция. Мы собираем улики.

— Много собрали?

— Достаточно. Хочешь помочь?

— Чем?

— Правдой. У тебя в кладовке портал есть?

Албан помялся.

— Ну, есть.

— Куда?

— На базу.

— И что там?

— Там все…

— Кто держит?

— Не знаю.

— Это как же? Берешь товар и не знаешь, чей?

— Да очень просто! Открываешь портал, заходишь, ищешь нужный стеллаж. Возле товара табличка – сколько стоит в местной валюте. Оставляешь монеты и назад.

— А если без денег?

Албан покачал головой.

— Портал не пропустит обратно…

— Покажешь?

— Зачем вам?

— Хотим свое дело открыть, – соврал Виталик. – Бар со стриптизом.

— А я думал, обратно собрались.

— А это возможно?

— Нет. Сумрак не выпустит.

— Так покажешь?

— Пошли.

Албан пружинисто встал, и через минуту дозорные стояли у тихо жужжащего портала.

Ну как, понравилось?

Нажми на сердце, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Количество оценок: 0

Оценок пока нет. Поставь оценку первым.

Дружище, почему такая низкая оценка?

Позволь нам стать лучше!

Расскажи, что надо улучшить?

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.