Пари, которое закончилось плохо

Когда Люк вышел на стоянку, возле своего офисного здания, он заметил большую группу людей, стоящих вокруг его машины. Пробравшись сквозь толпу, он увидел, на что они смотрят…

Все стекла, фары и задние фонари его БМВ были разбиты.

— Какого черта! — закричал он.

Затем Люк заметил конверт, под одним из дворников. Открыв его, Он обнаружил пять стодолларовых банкнот и записку без подписи, написанную на обратной стороне визитной карточки.

— Это должен был быть ты, дружище, — вот и все, что он прочёл.

Холодная дрожь пробежала по его спине. Теперь он знал, кто сделал это с его машиной.

Люк достал сотовый телефон и помчался в свой кабинет.

— Черт возьми! Как, во имя Всего Святого, он узнал?

Когда на другом конце провода зазвонил телефон, Люк продолжал говорить себе:

— Возьми! Давай, чёрт тебя дери, возьми!

Примерно через 6 гудков трубку сняла женщина.

— Люк, я как раз выходила за дверь, чего ты хочешь? Ты все еще не можешь успокоиться? — спросил его голос на другом конце провода взволнованным тоном.

— Мэри, просто послушай, — сказал он ей. — Не знаю как, но Джим знает о нас. Он только что изувечил мою машину, и я знаю, что это был он, потому что он оставил мне свою визитную карточку. Не думаю, что с твоей стороны было бы разумно возвращаться домой сегодня вечером, особенно когда он в таком настроении, — сказал ей Люк.

Мэри, снова усевшись за стол, почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Люк, я должна подумать и попытаться понять, что делать, — сказала она, вешая трубку. Теперь она знала, что ее интрижка стоила ей всего, и с этим осознанием она начала плакать. Люк был прав, она ни за что не поедет сегодня домой, и хотя ее родители жили неподалеку, она не собиралась ставить их в такое положение.

Пока она размышляла, что делать, мимо ее кабинета прошла подруга Синди.

— Синди, — позвала Мэри, — у тебя есть минутка?

— Что тебе нужно, девочка? — ответила Синди своим обычным жизнерадостным голосом.

— Знаю, это звучит неожиданно, но… я могу переночевать у тебя ночь или две, — спросила Мэри.

— Конечно, никаких проблем, что-нибудь не так? — ответила Синди.

— У меня есть проблема, которую я должна решить, прежде чем отправлюсь домой, — сказала она ей.

— Ну, ты же знаешь, где я живу. Увидимся у меня после работы, — сказала Синди, выходя из кабинета Мэри.

Мэри подумала:

— Осмелюсь ли я позвонить? Может быть, Люк ошибся, и это был какой-то другой разгневанный муж. Он вечно валял дурака и, вероятно, нажил себе много врагов… Если подумать, может, мне лучше затаиться на денек-другой и дать Джиму остыть. Боже, на этот раз я действительно вляпалась, — сказала она себе.

* * *

Все началось с глупого пари.

В тот вечер, как и в любой другой, Люк хвастался тем, как он развлёкся накануне.

Люк сказал, что Вчера вечером он был с женой какого-то парня, которую он подцепил в баре после работы. Люк продолжал рассказывать всем, кто готов был слушать, о том, как она растаяла в его руках, и что он мог бы переспать с любой женщиной, с какой только захочет.

Я, Люк и остальные, мы вместе учились в средней школе и колледже. Люк был тем мальчиком-спортсменом, который так и не повзрослел.

Он был примерно 6 футов 3 дюйма роста, 225 фунтов веса, и держал себя в отличной форме.

И он считал себя настоящим дамским угодником. Люк владел консалтинговой компанией и, таким образом, мог сам устанавливать часы своей работы. Таким образом, Люк сказал, что он может встретиться и перепихнуться с кем угодно в любое время дня.

Однако сегодня у него и ночью будет «интересная» встреча.

Мне надоело слушать о его подвигах, вечер за вечером, о том, что ни одна женщина не может устоять перед его чарами. Примерно через 10 минут горячих подробностей я не выдержал:

— Я знаю одну женщину, с которой ты никогда не сможешь справиться, — уверенно сказала я, и компания замолчала.

Потом добавил:

— Я так уверен, что ставлю 100 долларов, и даю тебе два месяца, чтобы попробовать.

Теперь все в группе заинтересовались. Люк, сразу выпятив грудь, как хренов павлин, ответил:

— Если она дышит, и ей не за 80, я готов поспорить. И вообще, кто эта девушка? — спросил он.

— Мэри, — ответил я.

— Ни в коем случае! Жена друга не должна устраивает стриптиз на столе, — сказал он, качая головой. — Джим, я не ищу неприятностей и, черт возьми, не собираюсь разрушать чей-либо брак, — сказал он мне.

— Ну, Мэри пока дышит, и ей очень далеко до восьмидесяти, но она вовсе не из твоей лиги, приятель, — теперь я насмехался над ним… — Если ты не хочешь принять пари, ну что же, без проблем, я пойму, — сказал я саркастически.

Тем не менее, стало видно, что остальные наши друзья теперь чувствовали себя более чем неловко.

— Заткнулись бы вы двое, — сказал Эрик, пытаясь разрядить обстановку.

— Это выходит из-под контроля, — добавил Рональд.

Но я не собирался опускать руки.

— Черт! Я просто ловлю его на слове, что ни одна женщина не может устоять перед его членом. И я утверждаю, что знаю кого-то, кто может, — сказал я, продолжая спор.

Теперь Люк позволил своему мачо-эго взять верх здравым смыслом.

— Черт возьми! Я согласен! И если ты так уверен, почему бы нам не увеличить ставку, скажем, до 500 долларов?

— Держи пари, — сказал я, и мы пожали друг другу руки.

Всем остальным стало стрёмно.

— Вы, ребята, позволяете своему сраному эго испортить хорошую дружбу, — сказал наш умница Эрик.

— Ладно, черт возьми! Через два месяца мы хорошенько посмеемся над этим и вернемся к тому, что действительно важно: к пиву и футболу, — вставил Рональд.

Когда я вошел в кухню, Мэри заканчивала готовить ужин.

Она была лакомством для моих, впрочем, и для чьих угодно глаз. При росте 5 футов 3 дюйма, каштановых волосах, голубых глазах и убийственном теле, она была ещё той штучкой. Мы женаты почти шесть лет и были так счастливы, как только могут быть счастливы двое. Я подкрался к ней сзади и обхватил за талию.

— У меня есть то, что я хочу на ужин, а как у тебя? — сказал я ей. Мэри только рассмеялась, повернулась и подарила мне затяжной поцелуй.

— Вы кажетесь мне слишком самоуверенным, мистер, но если вы всё же хотите поужинать сегодня вечером, вы дадите мне закончить, — сказала она, пытаясь вырваться.

Взяв ее на руки и посадив на кухонный стол, я сказал, что ужин может подождать.

У Мэри были великолепные, предназначенные для поцелуев губы, полные и влажные. Когда я проскользнул между ее ног, Мэри крепко притянула меня к себе и впилась своими губами в мои. Её поцелуи были горячими и долгими. Наши языки заплясали во рту друг у друга, а напряжение между нами начало нарастать.

Мэри стянула через голову рубашку, и я с радостью увидел, что на ней нет лифчика. У Мэри были маленькие, задорные сиськи, которые стояли прямо передо мной со всем её комплектом сосков. Когда они напрягались, то становились более полудюйма длиной.

Я буквально нырнул между ее маленькими вершинками, двигаясь от одного соска к другому, облизывая их и посасывая. Мне нравилось крутить их и пощипывать. Я делал это до тех пор, пока они не стали совсем как соски от детской бутылочки.

Мэри потребовалось не больше минуты, чтобы расстегнуть мой пояс, и она начала трогать мой пульсирующий член в боксерах. Отступив назад, я скинул штаны, стянул боксеры и рубашку. Теперь голый, как китайская собака, я двинулся на добычу. Юбка Мэри была уже задрана до талии. Я отодвинул ее стринги в сторону и просунул два пальца глубоко в ее горячую влажную киску.

Положив ее на спину, на кухонный стол, я окончательно стянул с нее стринги и юбку. Закинув ноги Мэри себе на плечи, я принялся за пиршество. Ее киска была гладко выбрита, за исключением небольшой посадочной полосы прямо над ее щелью. Раздвинув половые губки, я мог видеть, что внутри она была уже покрыта обильными соками. Проведя кончиком языка по ее клитору, я заставил Мэри приподнять в восторге задницу со стола. Теперь она терлась своим влагалищем о мои губы и язык. Облизав ее от клитора до самой попы, я сосредоточился исключительно на клиторе.

Сейчас я заставлю эту суку кричать, — сказал я себе, когда мой язык делал всё возможное для этого. Двумя пальцами трахая её киску, я отодвинул капюшон с клитора Мэри и засосал его. Мэри брыкалась и извивалась под моей оральной атакой. Не заняло много времени, чтобы получить результаты, которые я ожидал.

Мэри, схватив меня за волосы, закричала:

— О Боже, сильнее, пососи сильнее!

А потом напряглась и кончила. Ей потребовалось около пяти минут, чтобы спуститься с небес после воспарения.

— Это было мило. Я действительно нуждалась в этом, но теперь твоя очередь, — сказала Мэри, когда мы поменялись местами.

Мэри не могла легко справиться с моими 7 дюймами, и ее тошнило, когда она пыталась глубоко заглотить «его». Черт возьми, мне было все равно, что она делает, лишь бы это было приятно. Она использовала только доступную ей глубину всасывания, но и это сводило меня с ума. Многие женщины хотят просто быстро покончить с этим процессом, но Мэри любила доставлять мне удовольствие.

Она схватила мой корень за основание ствола и засосала до половины. Примерно через десять толчков он был уже у нее в горле. Время от времени она с хлопком вытаскивала его, облизывала снизу и покусывала распухшую головку. Я был близок, очень близок, и не собирался позволить ей высосать меня досуха сегодня. Мне захотелось побывать в ее киске.

Несмотря на ее возражения, хоть это было все равно, что отобрать у ребенка соску, я положил ее на стол и раздвинул ей ноги. Придвинувшись к ней вплотную, я прижался к ее любовной лунке и, одним легким толчком, пролез внутрь. Мэри ахнула и с силой прижалась ко мне. Она хотела каждый дюйм меня в ней.

Начался праздник любви. Не знаю, кто из нас поддавал сильнее, но, тем не менее, это было здорово. Я чувствовал, как напряжение нарастает, и знал, что продержусь совсем немного.

Мэри визжала подо мной, крича:

— Сильнее, о Боже, сильнее!

Через два удара я начал кончать, и Мэри последовала за мной.

Оба опустошенные мы валялись на столе. Я перевернулся на спину и поцеловал ее в шею.

— Ужин уже готов, дорогая? — в шутку сказал я.

— Черт! Я не выключила плиту! — завопила Мэри, отталкивая меня в сторону и бросаясь к духовке.

— Тебе повезло, что это не сгорело, иначе бы нам нечего было есть, — сказала она мне.

— Я всегда могу найти — что поесть. Или полизать, — сказал я, подмигивая ей.

— Ты никогда не бываешь удовлетворён, да? — спросила она со смехом.

С этими словами я снова оделся, помог ей закончить ужин и накрыть на стол.

За ужином я рассказал Мэри о пари, которое заключил с Люком.

— Сегодня я поспорил с Люком на 500 долларов, что ты не ляжешь с ним в постель, — сказал я ей.

Застигнутая врасплох, Мэри помолчала, потом спросила:

— Люк, как всегда, рассказывал о своих последних завоеваниях и говорил, что может уложить в постель любую женщину, замужнюю или нет?

— Это началось как ставка в 100 долларов, но переросло в 500 долларов, когда его эго взяло верх над ним. Думаю, это будут легкие деньги, — сказал я ей.

Однако Мэри это не позабавило:

— Освободи меня к чертовой матери от твоих дурацких мужланских ставок, или ты будешь получать удовольствие вручную в течение всего следующего месяца, — сказала она мне.

— Извини, дорогая, просто я так устал от его постоянного хвастовства и хотел наконец поставить его на место. Кроме того, у тебя будет 500 долларов, чтобы купить одежду через два месяца, когда он проиграет, — сказал я ей, пытаясь доказать свою правоту.

Глаза Мэри загорелись при мысли о дополнительных деньгах на наряды.

— Я думаю, что должен был рассказать тебе об этом, так что, когда он начнет флиртовать и приставать к тебе, ты поймешь причину. Мэри, ты можешь флиртовать и играть с ним, сколько хочешь, но ты не можешь с ним спать.

— Ты же уверен, что я никогда не изменю тебе, не так ли? — сказала Мэри.

— Именно поэтому я и заключил пари.

* * *

С этого и началась вся игра.

Люк приставал к Мэри, как липучка. Он предпринимал всё. От флирта, до выпивки, от букетов, до поездок в своем корвете. Он делал все, что мог. Поскольку мы вращались в одних и тех же кругах, у Люка было много шансов связаться с ней. Мэри нравилось это внимание, и, хотите верьте, хотите нет, оно добавляло дополнительную искру в нашу сексуальную жизнь, если это вообще было возможно.

Утром я проснулся с губами Мэри, обхватившими мой член.

— Доброе утро, милый, тебе пора вставать, в обоих смыслах, — сказала она с улыбкой.

С этими словами она вернулась к сосанию. Это не заняло много времени, прежде чем у меня был яростный стояк.

— Как насчет небольшой прогулки верхом сегодня утром? — сказала Мэри, перекидывая ногу и насаживаясь на мой член. Она любила держать ситуацию в руках, и в этом положении у нее это получалось.

— Просто лежи и наслаждайся, — сказала она.

Я любил, когда она сверху. Ее сиськи, возможно, были и вне досягаемости, но я прекрасно мог добраться до ее клитора. Когда она двигалась вверх, я тёр и гладил ее бусинку, что только усиливало и увеличивало скорость ее ударов. Я мог сказать, просто по ее стонам и дыханию, что она была уже близко. Убрав руку с ее клитора, я схватил ее за попку и помогал ей подниматься и опускаться на мой член.

Когда она начала дрожать и кончать, я сел и начал сосать и крутить ее соски.

— Не останавливайся, мать твою, это так приятно, — закричала она, когда я взорвался, выстрелив свой заряд в ее киску.

Держа ее в своих объятиях, я закачал всё своё содержимое так глубоко в нее, как только мог, а затем прижал ее к себе. Несколько мгновений мы лежали неподвижно, просто наслаждаясь теплом друг друга.

— Черт, мне пора вставать, а то опоздаю на работу, — сказала Мэри, приподнимаясь с моего сморщенного члена. — Чур я первая приму душ, — объявила она, убегая в ванную.

— Жаль, что сегодня не суббота, а то бы я не беспокоился о времени, — подумал я про себя.

Когда я сел за свой стол и перевернул календарь, все, что я мог сказать, это:

— Да. Прошло два месяца, и пришло время забрать мой выигрыш.

Когда я вошел в бар после работы, мне показалось, что я пришел туда последним. Я старался не улыбаться, но это было трудно.

— Вот тебе твои кровавые деньги, и я надеюсь, что ты ими подавишься — прорычал Люк.

Мы все смеялись и шутили по этому поводу, и, в конце концов, я купил на всех следующие две порции выпивки, потому что у меня были лишние деньги.

Когда я вернулся домой, первое, что спросила Мэри, было:

— Где мои деньги на покупки? Я дал ей пять 100-долларовых купюры и сказал:

— Наслаждайтесь мэм.

* * *

На этом бы все и закончилось, если бы не звонок от нашего старшего менеджера по продажам не более чем через неделю.

— Джим, — начал Карл, — я в Холидей Инн, рядом с аэропортом, и мне нужно, чтобы ты немедленно приехал сюда.

— Карл, я не могу свалить прямо сейчас. Разве ты еще не обработал нашего клиента? — спросил я.

— Я только что поговорил с ним и возвращаюсь в офис. Но, Джим, тебе нужно кое-что увидеть.

— Черт возьми, Карл, о чем ты говоришь? — сказал я, немного раздражаясь.

— Послушай, Джим, не знаю, как тебе сказать, но я только что видел, как Мэри вошла в отель с каким-то парнем.

Моя душа обмерла.

— Карл, ты уверен, что это была Мэри? — спросил я.

— Да, это была она, и поверьте мне, это последнее, что я хотел бы говорить тебе прямо сейчас, но я подумал, что ты должен знать.

— Карл, ты случайно не видел, куда она пошла, какой номер комнаты?

Похоже, номер 110 или 111, в середине, на втором этаже, — ответил Карл.

— Спасибо за звонок, я проверю, но я знаю, что ты ошибаешься, Мэри ни за что на свете не сделает ничего подобного, Увидимся позже, — и я повесил трубку.

— Глупые продавцы, — подумал я про себя, — не может быть, чтобы она сделала нечто подобное.

Вместо того чтобы ехать туда, я решил просто позвонить ей на работу и покончить с этим прямо сейчас. Я позвонил, и мне сказали, что она взяла пару часов, чтобы пройтись по магазинам, но вернется к 2:30.

Черт, я просто попробую позвонить ей на мобильный, — подумал я, набирая этот номер. После четырех гудков он переключился на голосовую почту, и я повесил трубку.

Дорога до отеля, казалось, заняла целую вечность. Движение было медленным, а я торопился.

— А что, черт возьми, я собирался делать, когда доберусь туда? Неужели я ворвусь в комнату? Я даже не уверен, что это она.

Затем я подъехал к отелю и объехал стоянку в поисках машины Мэри, но ее там не было.

— Я зря волновалась, как и думал. Я припарковался на малой стоянке и подошел к стойке регистрации.

— Привет, меня зовут Джим Рид, я должен забрать свою жену, которая живет здесь, но я не помню, был ли это номер 110 или 111.

— Сейчас проверю, — сказала она. — Простите, номер 110 свободен, а номер 111 был снят только сегодня утром, вы уверены, что это был именно этот отель?

— Должно быть, я ошибся, извините, — сказал я, повернулся и вышел.

— Что же мне теперь делать? Подойти к двери и постучать? Что, если это не она, и черт, что мне делать, если это она? Я вернулся к своей машине и развернулся так, чтобы видеть фасад дома № 111.

Я думал, что просто подожду немного и посмотрю, не случится ли чего. Два часа спустя я посмотрел на часы: 2:10, черт возьми, если бы это была Мэри, ей пришлось бы уйти в 2:00, чтобы вернуться к 2: 30, я трачу свое чертово время на эту погоню за дикими гусями.

Я только и начал заводить машину, когда дверь номера 111 открылась. Как раз вовремя, — подумал я про себя. Пока я смотрел, из комнаты вышел Люк, а за ним Мэри.

Я, как дурак, хотел предложить отвезти их обоих на своей машине. Но они уже сели в машину Люка, прежде чем мой мозг включился.

— Черт, — это все, что я смог сказать, когда они отъехали.

Я выключил машину и откинулся на спинку сиденья. Теперь мне стало интересно, как долго это продолжалось. Дома ничего не изменилось. Жизнь все еще была хороша, а секс в последнее время был просто великолепен.

Я должен посмотреть, куда они направляются.

Я последовал за ними на некотором расстоянии и увидел, как Люк высадил Мэри на работе и поцеловал ее, когда она вышла. Затем я последовал за Люком в его офис, где он припарковал свою машину. Я был обижен, зол и имел около десятка других неприятных эмоций, проходящих через мой мозг, когда я сидел там.

— Что, черт возьми, мне теперь делать? Я не могу надрать Люку задницу, без очевидных доказательств, и что мне делать с Мэри? Я не знал, с чего начать, но я должен что-то сделать, — сказал я, ударяя кулаками по рулю.

Я пошел в банк и очистил как чековый, так и сберегательный счет. Ну, я оставил по 100 долларов для видимости на каждом. Я вернулся к кабинету Люка и достал из багажника монтировку. Окна не разбивались так, как раньше, когда я был ребенком, но они морщились и осыпались. Однако я получил удовлетворение, разбив все фары на его машине.

Я был потрясен и удивлен, что меня никто не остановил и даже не вызвал полицию. Я думаю, люди просто не хотели вмешиваться. Наконец я достал пять стодолларовых банкнот и положил их в конверт вместе с визитной карточкой, чтобы Люк знал, от кого она.

Затем я вернулся на работу и вошел в свой кабинет. Я все еще был так зол, что меня трясло. Никаких сообщений на моем телефоне или в электронной почте не было, я думаю, Люк еще не видел свою машину. Увидев, что я вернулся, Карл просунул голову в мой кабинет и спросил:

— Всё хорошо?

— Не совсем, — ответил я, — но я позабочусь об этом.

— Если тебе что-нибудь понадобится, можешь рассчитывать на меня, извини, Джим.

Люк позвонил мне на мобильный вскоре после 5:00, и я просто позволил ему звонить до тех пор, пока он не перешел на голосовую почту. После того, как он отключился, я прослушал сообщение.

— Джим, мне жаль, что ты узнал об этом, но это была не вина Мэри, а только моя. Нам нужно поговорить, но после того, как ты остынешь. Я оставлю вопрос с разбитой машиной в покое, я твой должник, но не делай глупостей против Мэри, о которых потом пожалеешь.

Телефон замолчал. Что ж, если Люк знал, то и Мэри теперь тоже.

Я сказал своему боссу, что мне нужно пару дней отдохнуть, но я вернусь до большой встречи.

Карл знал «почему», но не собирался никому рассказывать.

Я позвонил домой, чтобы проверить голосовую почту, но ее не было. Я был уверен, что Мэри слишком боится звонить. Она знала, что я не отличаюсь вспыльчивостью, но сейчас мы находились на неизвестной территории, и она не знала, на что я способен. Да и я тоже.

Я вернулся в темный тихий дом. Посмотрел на автоответчик, — по-прежнему никаких сообщений.

Я открыл бутылку вина и налил себе большой бокал. Теперь что, черт возьми, мне делать? Я понятия не имел. Я ненавидел их обоих, но Люка ненавидел в 10 раз больше, чем Мэри.

Я знал, что больше никогда не смогу ей доверять. Мне просто нужно было знать, почему? Может быть, это был способ Люка отомстить мне за то, что я пытался сдуть его огромное эго? И сколько раз они это делали?…

По крайней мере, они не делали этого в нашей постели, потому что сейчас разбитая кровать была бы на лужайке перед домом.

Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем Мэри позвонит? Черт, неужели они с Люком сейчас вместе? Голова у меня шла кругом, и мне требовался драйв, чтобы немного прийти в себя.

Я никуда конкретно не направлялся, просто ехал. Окна опущены, музыка гремит, я снова чувствую себя 18-летним. Я уже начал чувствовать себя немного лучше, когда заметил, что нахожусь не в самой лучшей части города, и вспомнил, что у меня все еще есть все деньги из банка в моем бардачке.

— Черт, — подумал я. — Ты что, спятил? Убирайся отсюда к черту, пока ты действительно не потерял все. С этими словами я направился обратно в центр.

Южная часть центра города была полна стрип-клубов и ресторанов. Я еще не ужинал, поэтому достал из бардачка несколько банкнот и выбрал место, где были кафе и буфет. Я не был в стрип-клубе много лет, но когда мои глаза наконец привыкли к темноте, я заметил, что они совсем не изменились. Грязная сцена и тусклый свет, но, по крайней мере, здесь был довольно приличный буфет, поэтому я наполнил тарелку и сел за столик в глубине.

Все, чего я хотел, — это поесть, выпить и насладиться видами. Большинство женщин были в возрасте от 20 до 30 лет и находились в довольно хорошей форме. Я думаю, танцы и движение вверх и вниз по шесту всю ночь будут держать любого в форме. Как раз когда я заканчивал и собирался уходить, на сцену вышла невысокая блондинка. У нее было хорошее тело, насколько я мог судить, с задней части зала, и она была не так хорошо одарена, как предыдущие танцовщицы. Как танцовщица она была неплохой, но далеко не хорошей. Она оборвала свой номер, поскользнувшись на шесте и упав на плечо.

— Черт возьми, это должно быть больно, — подумал я про себя.

После этого она сошла со сцены и направилась в гримерную, сразу за мной в задней части клуба.

Минут через десять она вышла, все еще потирая плечо. Проходя мимо меня, я спросил:

— Ты в порядке, это должно было быть больно.

— Это ранило мое самолюбие гораздо сильнее, чем все остальное. Не хочешь угостить меня выпивкой?

Какого черта я подумал:

— Конечно, почему бы и нет. Меня зовут Джим, а тебя?

— Конфетка, — ответила она.

— А по настоящему?- спросил я.

— Послушай, — начала она, — ты выглядишь хорошим парнем, даже менеджер не поинтересовался, все ли со мной в порядке. Мне доплачивают за то, что я толкаю напитки, но я пью только чай. Так что просто скажи им, что хочешь купить мне небольшую выпивку, которая обойдется тебе в 10.00 долларов, и пусть все идет своим чередом.

— Тебе нужна мазь с окопником. Приложи её на ночь.

— Ты врач?

— Нет. Просто меня в детстве так лечила мама. Помогало.

— Спасибо за совет, — кивнула «Конфетка».

— Ты ведь недавно этим занимаешься? — спросил я.

— Я потерял работу две недели назад, и мне нужно было что-то, за что можно было бы быстро отхватить хорошие деньги. Но никаких других мыслей. Я не привожу мужчин в заднюю комнату и не выкидываю фокусов, как некоторые другие девушки. Я просто танцую и толкаю напитки. Я не проститутка, — недвусмысленно дала она мне понять.

— Нет проблем, дорогая, я просто провожу здесь время, прежде чем идти домой. Ты где-то учишься?

— Заканчиваю колледж на магистра делового администрирования, через 9 месяцев, — гордо сказала она.

Черт возьми, у девчонки есть мозги! Мы поговорили о ее жизни и о том, как она стремилась сделать что-то, чтобы не стать такой, как ее мать-одиночка с двумя маленькими детьми. Я смотрел, как она делает еще один танец, который был не намного лучше первого, прежде чем она вернулась к моему столу.

Заметив мое кольцо, она спросила, женат ли я.

— Был до 2:30 сегодня. Застукал жену за изменой с другом. И вот я здесь.

— Жаль это слышать, но жизнь иногда действительно отстой. Вот почему я не рассчитываю ни на кого, кроме себя. Я прикидываю, что у меня есть еще два месяца в этой адской дыре, прежде чем я получу достаточно денег на профессиональный гардероб, когда закончу школу. Я не могу пойти на собеседование с тем, что на мне сейчас, — сказала она, глядя на свои стринги.

Оценивающе оглядев ее, я сказал, что, возможно, смогу ей помочь.

— Ты хороший парень и все такое, и мне жаль тебя, но я не делаю фокусов, о которых тебе кто-то говорил.

— Ха-ха. Нет, я не это имел в виду. Ты примерно такого же размера, как моя жена, и я ни за что не позволю ей забрать всю одежду, которую я ей купил. Так что ты можешь забрать ее гардероб, — сказал я ей.

Теперь пришло ее время оценивать меня.

— Нет, я не сумасшедший, но я хочу, чтобы моя жена заплатила за то, что она со мной сделала, вот и все.

— Хорошо, мой последний выход в 11:00, так что я могу уйти после этого.

Возвращаясь к себе домой, я должен был спросить:

— Ты ведь на самом деле не Конфетка?

— Нет, — это мой сценический псевдоним, мое настоящее имя Джоан. Не так сексуально, как Конфетка, не так ли?

Когда мы въехали в гараж, я заметил, что в доме все еще темно, Мэри еще нет. Я включил свет на кухне и направился к холодильнику.

— Как бокал вина, Джоан?

— Конечно, почему бы и нет, — ответила она.

С бокалами вина в руках мы прошли в спальню и открыли шкаф Мэри.

— Дерьмо, Джим! — сказала Джоан. — Ты уверен, что могу взять это? Это всё выглядит достаточно дорого. Я не хочу брать что-то, что в конечном итоге придётся возвращать, — она, глядела на меня в поисках одобрения.

— О, девушка, это не проблема, — ответил я, — бесплатный магазин открыт, бери всё, что близко твоему сердцу. А я ещё схожу за вином.

Следующие три часа Джоан рылась в шкафу и почти во всех ящиках комода. Я просто сидел на кровати и смотрел, как она примеряет наряд за нарядом. Теперь, когда у меня появилась возможность увидеть ее при нормальном свете, у нее действительно было красивое маленькое тело. Около 5 футов 5 дюймов, около 110 фунтов и хорошая упругая грудь. У нее была даже более тугая и круглая попка, чем у Мэри, и это о чем-то говорило. Через три часа и две бутылки вина мы закончили.

Джоан выбрала 10 деловых костюмов, 4 повседневных наряда и немного нижнего белья в магазинных упаковках.

— Мне не было так весело с тех пор, как я была ребенком, — сказала Джоан с широкой улыбкой.

Вино подействовало на нас, и у нас слегка закружилась голова.

— Девочка, я не думаю, что смогу отвезти тебя сегодня вечером домой. Ты можешь спать на этой кровати, а я займу ту, что в комнате для гостей, дальше по коридору. Утром мы позавтракаем, и я отвезу тебя с этой одеждой к тебе.

Джоан только рассмеялась и сказала, что ее это вполне устраивает.

Я показал ей, где находится ванная, и прошел по коридору в комнату для гостей. Это был адский день, и мне нужно было немного поспать.

Около 2:30 я услышал, как Джоан вошла в ванную. Я подождал, пока она закончит, а потом вошел сам. Плеснув водой в лицо, я посмотрелся в зеркало.

— Джим, ты действительно выглядишь дерьмово, — грустно сказал я сам себе.

Почувствовав на своём плече чью-то руку, я обернулся и увидел Джоан. Взяв меня за руку, она повела меня к моей кровати. Она была обнажена, и прежде чем я успел что-то сказать, она сказала:

— Не говори ни слова, просто расслабься и наслаждайся.

— Джоан, я же не для этого…

Она молча сняла с меня боксеры и футболку, наклонилась и поцеловала меня. Это не был дикий страстный поцелуй, губы плотно и мягко соприкасались и текли друг по другу. Облизнув мои губы языком, она сжала их сильнее.

Я забыл о Мэри, о своих бедах, и начал ее крепко целовать. Я чувствовал, как между нами нарастает жар, когда она двигалась от моих губ вниз по груди к моему теперь уже возбужденному члену. Одарив меня злобной ухмылкой, она лизнула вверх и вниз ствол и сунула его в рот. Клянусь, тепло ее рта заставило мой член вырасти еще на дюйм или два. Я не был с другими женщинами в течение семи лет, и обнаружил, что меня соблазняет стриптизерша, с которой я познакомился всего несколько часов назад, и мне это нравилось.

Джоан лизала и сосала мой член в лихорадочном темпе. Я приближался к кульминации, и мы оба это знали. Я попытался дотянуться до нее, но она оттолкнула меня и сказала, что мне это нужно больше, чем ей. Со слюной, стекающей по бокам моего члена, и с обоими моими яйцами, лежащими на ее подбородке, я спустил.

Не знаю, сколько она проглотила или не проглотила. Знаю только, что я был совершенно опустошен.

— Ого, у вас настоящий талант, юная леди.

Она только улыбнулась и велела мне спать рядом с ней до конца ночи.

Утро наступило слишком быстро. Я все еще был в полусне, когда услышал шум работающего душа. Зайдя в ванную, я забрался под душ вместе с ней.

— Тебе нужно потереть спинку?

— Это было бы здорово, — сказала Джоан.

Я намылил ей спину и провел руками по ее груди.

Повернувшись, Джоан посмотрела мне в глаза и поцеловала. Этот поцелуй не был мягким и нежным, как прошлой ночью, это было больше похоже на приветствие любовника дома после долгого рабочего дня. Я провел мыльными руками по ее спине, заднице и груди. Спустившись ниже, я увидел, что она полностью выбрита, чего я не заметил прошлой ночью.

Смыв с нее мыло. Я подвел ее к своей кровати.

— Сегодня моя очередь, — сказал я, перенося ее на середину ложа.

Я знал вкус ее губ, но мне нужно было исследовать еще кое-что. После пары поцелуев я спустился к ее грудям. Они не были большими, но оказались очень восприимчивыми к моим прикосновениям. Я лизнул одну, покручивая сосок другой. Я лизал и сосал, пока ее соски не стали темно-красными и возбужденными. Покрутив большой левый сосок, я наклонился и раздвинул ее ноги.

У моей Мэри — красивые половые губки, маленькие и тугие. У Джоан, однако, были большие темные губы, которые скрывали красивый длинный клитор. Я лизнул ее пипку, чтобы она стала влажной, и засосал её между губами. Джоан толкала свою киску мне в лицо, и я принялся радостно играть со своей новой игрушкой. Отодвинув капюшон от ее клитора, я обнаружил, что он был больше полудюйма в длину. Будучи настоящим оральным человеком, я пировал на ее влагалище и клиторе, пока она не кончила по крайней мере два раза.

— Хватит валять дурака, — потребовала Джоан, — я хочу, чтобы ты вошел в меня прямо сейчас.

Смазав головку соком, который теперь вытекал из нее, я толкнулся в нее. Я мог бы сказать, что эта киска не использовалась довольно долгое время, или она была просто очень маленькой. Джоан уже обхватила обеими руками мою задницу и втягивала каждый дюйм меня в свою кошечку.

— Черт, ты так хорошо умещаешься во мне, — прошептала она мне на ухо.

Теперь мы трахались в бешеном темпе. Я давил на нее изо всех сил, и она возвращалась ко мне еще сильнее. Это было похоже на состязание чертей, кто сильнее ударит другого. Выйдя из нее и поставив ее на колени, я засунул свой член обратно. Мы держали этот темп в течение, казалось, получаса.

Толкнув ее голову и грудь вниз на кровать, я получил лучший угол, чтобы войти глубже. Плюнув на палец, я потерся им о ее дырочку. — Осмелюсь ли я? Почему нет.

Смазывая его соком пизды и слюной, я протолкнул палец до первого сустава.

— О боже, — последовала моя реакция. С этими словами я просунул палец по второй сустав и начал двигать им туда и обратно с той же скоростью, с какой я брал ее своим членом.

Я больше не мог сдерживаться. Джоан уже начала кончать, и мой член, казалось, был зажат в тиски. Я продолжал спускать, раз за разом, в ее киску. Я чувствовал, как она становится все влажней и влажней, чем больше я выстреливал в нее. В конце концов, я рухнул на кровать рядом с ней.

— Ух ты, твоя жена, должно быть, спятила, раз отказалась от всего этого. Это лучший секс, который у меня был за долгое время, и, как ты, вероятно, можешь понять, это было довольно давно.

Мы немного посмеялись и снова отправились в душ.

Потом я оделся и спустился вниз, чтобы приготовить кофе. Мне предстояло отрываться с новой женщиной ещё много дней, и я уже начал получать удовольствие.

То есть, до тех пор, пока не зазвонил телефон. Судя по номеру, это был сотовый Мэри.

— Милый, нам нужно поговорить, — начала она.

— О чем? Ах да, насчет моей жены-шлюхи, которая спит с одним из моих друзей, ты это имеешь в виду? — сказал я как можно саркастичнее.

— Я могу объяснить, если ты просто дашь мне шанс, пожалуйста, давай соберемся вместе и поговорим об этом.

Краем глаза я заметил Джоан.

— Мне пора, у меня гость. Я позвоню тебе, когда я захочу поговорить, — с этими словами я повесил трубку.

Повернувшись к Джоан, я спросил:

— Ты готова?

— Если я усложняю тебе жизнь, я могу уйти, и вы двое сможете встретиться, — сказала она мне.

— Не беспокойся об этом. Но давай пойдем завтракать, потому что в доме почти ничего нет, а я сегодня утром нагулял аппетит.

Сказав это, мы погрузили одежду в мою машину и отправились в бар к Денни.

Я знал, что в конце концов мне придется сесть и встретиться лицом к лицу с Мэри, это неизбежно, но я все еще был слишком зол, и я хотел держать скрытыми все карты, когда мы это сделаем. Очень скоро она поймет, что я опустошил банковские счета, и это выведет ее из равновесия. А сейчас мне нужно было сделать еще один телефонный звонок и сменить замки, я не хотел, чтобы она вошла в дом без меня.

Итак — игра началась

— Что мы здесь делаем? — спросила Джоан.

— Завтракаем? — ответил я.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Слушай, ты хороший парень, Джим, и очень хороший любовник, но я не хочу быть замешанной в грязном разводе, — сказала она, пытаясь быть со мной откровенной.

— Джоан, я наслаждаюсь тобой, твоим телом, твоей раскованностью. И нет, я не позволю тебе вмешиваться в то, что должно произойти. Так почему бы нам пока просто не провести время в своё удовольствие? Так какие у тебя планы на сегодня? — спросил я.

Джоан сказала, что у нее занятия в час, поэтому я высадил ее у школы и подождал в машине, пока она выйдет. Я связался с работой, чтобы убедиться, что все сделано, и сообщил своему боссу, что буду во вторник рано утром. После занятий мы вернулись к ней домой, чтобы выгрузить одежду.

Это была не свалка, но и не то, о чем надо с ужасом писать маме. Это была небольшая квартирка с одной спальней, размером с большую гардеробную.

— Я знаю, что это немного, но арендная плата дешевая, и я могу быстро найти здесь всё, что мне нужно.

Она повесила всю свою новую одежду, и мы переставили ее кровать и комод для двух других коробок с одеждой, которую она не могла повесить. Там было немного тесновато, но мы сделали все, чтобы поместиться.

Я посмотрел на часы, было уже около 5:00. Поэтому я спросил, есть ли у нее планы на ужин.

— Я работаю в клубе по вторникам, четвергам и пятницам, кроме этого, у меня обычно нет никаких планов, — сказала она.

— У тебя нет парня? — спросил я.

— Какое-то время я встречалась с парнем, но он оказался помешан на ревности и контроле, и я бросила его. Почему ты спрашиваешь?

— Ну, я просто не хочу, чтобы какой-то ревнивый чувак пришёл, пока я занимаюсь с тобой любовью на твоей кровати, — сказала я, придвигаясь к ней.

— Ты не очень уверен в себе, не так ли?

С этими словами я схватил ее и толкнул на кровать.

Через несколько минут наша одежда была где-то на полу, а наши губы и языки снова узнавали друг друга. Иногда человеку просто нужен грубый страстный секс, чтобы заполнить эту жгучую потребность внутри, и прямо сейчас я не знаю, кто из нас хотел этого больше — Джоан или я.

Джоан оседлала мои колени, повернувшись ко мне лицом, чтобы мы могли поцеловаться, и я мог получить полный доступ к ее груди. Она любила, когда с ее сосками играли, и с большим удовольствием кормила ими мои губы.

— Можешь сосать и играть с ними сколько угодно, только не кусайся, они сейчас слишком чувствительны. Они уже очень давно не видели такого внимания, — сказала она мне.

Я чувствовал, как соки ее киски начинают течь и капать на мою промежность. Сделав небольшую поправку на азимут, я приподнял ее и усадил прямо на свой член. Ее киска обтягивала меня, как тугая шелковая перчатка.

Крепко обхватив ее за талию, я с первого же удара вонзил меч по самую рукоять. Джоан ахнула и принялась осыпать меня поцелуями. Теперь мы двигались в унисон, и она встречала меня ударом на каждый мой удар.

— Боже, это так хорошо, — прошептала она мне на ухо. Желая проникнуть в нее поглубже, я приподнял ее, и мы поменялись местами. Перегнув ее через спинку стула и широко расставив её ноги, я вошел в неё сзади. Она была такой горячей и мокрой, что мой член проскользнул прямо внутрь без задержки.

Держа ее за бедра, я вонзался, а она двигалась навстречу мне. Я любил вытаскивать свой член до конца, а потом загонять его обратно, это давало мне такой кайф.

Меньше чем через минуту я почувствовал, как напряглась киска Джоан, и понял, что она кончает.

— О да, — закричала она, когда я начал выстреливать в нее.

Я не знаю, было ли это потому, что я занимался любовью с кем-то новым, но в тот момент у меня был лучший оргазм, который я мог вспомнить за долгое время. Казалось, это продолжалось целую вечность, и когда я закончил, мы оба были потными.

— Мы должны дать моей киске немного отдохнуть, — сказала Джоан, поворачиваясь. — Она уже много лет не видела такого варварского нашествия, и я не думаю, что смогу ходить, если мы сделаем это снова.

Мы прыгнули в душ, а затем отправились перекусить.

— Что ты хочешь съесть? — спросил я ее.

— Мексиканская кухня — моя любимая, и я знаю одно местечко в трех кварталах отсюда, если ты в деле.

Это было странное маленькое отверстие в стене, но еда была хорошей.

— Ладно, теперь, когда ты вышиб мне все мозги, я думаю, ты должен рассказать мне свою историю, — сказала Джоан, усаживаясь в удобное кресло.

Я изложил ей короткую версию. Как мне было хорошо с Мэри, и про Ларри, и про дурацкое пари. Как я поймал их обоих, когда они выходили из номера мотеля, и как все это привело меня к ней.

— Не могу поверить, что она была так глупа. Это всегда кончается тем, что совершаешь ошибку, и тебя ловят. И всё для чего? — Чтобы получить кота в мешке. Надеюсь, Ларри стоил её усилий, потому что, похоже, она только что сломала великолепный брак. Есть шанс, что ты сможешь простить ее? — спросила Джоан.

— Я мог бы простить ее, но никогда не смогу забыть. Она трахнула одного из моих друзей. Он, конечно, мудак, но он кто-то, кого я знал. Было бы намного проще, если бы она встретила кого-нибудь в баре и затащила его в постель, по крайней мере, я был бы не в курсе, — сказал я ей.

— Знаешь, ты вроде как подставил ее, заключив пари, — ответила Джоан.

— Я думал об этом, но даже в самых смелых мечтах не представлял, что она мне изменит. Я знаю, что это было глупое пари, но, по крайней мере, теперь я знаю, что ей нельзя доверять, особенно в серьёзных делах. Черт побери, я бы вернул Ларри 500 долларов, после того как дал бы ему повариться в его унынии несколько дней. А теперь я больше никогда не хочу видеть этого ублюдка, — воскликнул я, снова разозлившись.

— Итак, теперь ты занимаешься сексом со стриптизершей, с которой только что познакомился, а твоя жена гадает, где ты сегодня? — спросила Джоан.

— Мне кажется, что я знаком с тобой не меньше ста лет. И кроме всего прочего, — ты полагаешь Мэри заслужила чего-то большего?

Покончив с ужином, я спросил, есть ли у нее планы на вечер.

— Я бы с удовольствием снова провел с тобой ночь, но мне нужно готовиться к экзамену, а завтра вечером я работаю.

Так что я, хоть и неохотно, отвез ее домой.

— Я увижу тебя снова? — спросил я Джоан.

— Увидимся завтра в клубе, а потом пойдем куда-нибудь.

С этими словами она подарила мне влажный и сладкий поцелуй и пошла к себе.

* * *

— Что, черт возьми, что я вообще делаю? — думал я, отъезжая.

Я начинаю что-то с девушкой, с которой только что познакомился, и даже еще не поговорил с Мэри. Мне нужно справиться со своими эмоциями, пока все не зашло слишком далеко.

Когда я въехал на подъездную дорожку, Мэри уже ждала меня, но это не было радостной кульминацией моего дня.

— Мой ключ не работает в замке, а ты обчистил наши банковские счета, — начала она.

— Я не был уверен, что ты и твой любовник Ларри не собираетесь все прибрать и отправиться в разгул по злачным местам, — ответил я, открывая дверь.

— Нам нужно поговорить, мне можно войти? — спросила Мэри.

— Хочешь бокал вина? Я например выпью, — ответил я.

— Конечно, почему бы и нет, — ответила Мэри, снимая куртку.

Я снова начал злиться. Гораздо легче было иметь дело с Мэри, когда мне не нужно было смотреть на нее, но когда она была на кухне, я обнаружил, что одновременно хочу и презираю ее. Протягивая ей вино, я спросил, зачем она здесь.

— Я живу здесь, — ответила она.

— Больше нет. У меня была жена, которая жила здесь со мной, но больше нет, — сказал я, откровенно намереваясь причинить ей боль.

После этих слов она заплакала.

— Мне так жаль, я никогда не хотела, чтобы это случилось, и это было только один раз, — сказала она.

— Чушь собачья, — заорал я, и это застало ее врасплох. Не зная подробностей, я блефовал. — Ты совокуплялась с Ларри какое-то время, я все знаю, и как долго, неужели ты думала, что это останется незамеченным?

Мэри выглядела потрясенной:

— Хорошо, это было не один раз, но Ларри сказал, что расскажет тебе, если я не соглашусь пойти с ним после первого раза, — сказала Мэри между рыданиями.

— Не должно было быть даже первого раза. Я доверял тебе, а ты предала мое доверие к тебе. Я думал, что знаю тебя, я думал, что у нас была хорошая жизнь вместе, но ты бросила все это ради того, чтобы поваляться в сене с Ларри. Я надеюсь, что вы двое будете счастливы вместе, потому что вы заслуживаете друг друга, — я плюнул на пол.

— Я знаю, что ты злишься и имеешь полное право вышвырнуть меня, но я прошу дать мне еще один шанс; никто не знает об этом, кроме нас, — сказала Мэри, пытаясь урезонить меня.

— Ха! Извини, что разбиваю тебе сердце, но мой менеджер по продажам видел тебя и Ларри. И после того, что я сделал с его машиной, эта история, вероятно, уже распространилась по всему городу. Я просто очень хочу знать — почему? Потому, что я не могу этого понять, Мэри, — сказал я ей.

— Из-за этого дурацкого пари. Ларри на меня набросился. Он звонил мне на работу, приглашал на ланч, а когда тебя не было рядом, случайно натыкался на меня, — начала объяснять она.

— Я сказал тебе в тот вечер, когда заключил пари, так что это не должно было быть слишком большим шоком, — крикнул я ей в ответ.

— Ну, за неделю до того, как пари должно было закончиться, Ларри позвонил мне и сказал, что, поскольку пари проиграно, он пригласит меня на ужин, чтобы не было никаких обид, — сказала Мэри, допивая свой напиток.

— Мы просто поужинали и выпили много вина. Когда я сказал ему, что с меня хватит, подошел официант и сказал, что руководство дает нам бутылку красного вина, чтобы попробовать, с тем, чтобы проверить его, прежде чем оно купит ящик. К тому времени я уже была достаточно пьяна. Ларри спросил, не хочу ли я потанцевать, и я даже не помню, что ему ответила. Следующее, что я помню, это то, что мы спотыкались на танцполе. К этому времени его руки уже были на мне, а я была так чертовски пьяна, что не могла его остановить. После того как мы сели, я сказал Ларри, что меня начинает тошнить и мне нужно домой. Мы вышли и куда-то поехали. Я понятия не имею, где мы оказались, но следующее, что я помню, мы остановились, и он был на мне.

— Дорогой, я была так чертовски пьяна, что не смогла его остановить. Я знаю, что просила его остановиться, но он этого не сделал. Он был во мне, накачивая меня, прежде чем я даже поняла это. Последнее, что я помню, это как он выстреливал в меня. После этого мне стало плохо, и меня вырвало прямо в его машине. Наверное, это заставило его остановиться.

Натягивая штаны, он сказал только:

— Похоже, я выиграл пари.

Я чувствовала себя дерьмово, поэтому просто умоляла его отвезти меня домой. Мне было наплевать на это дурацкое пари.

Дома меня снова вырвало, и я, наконец, приняла душ и легла спать. Когда ты вернулась домой, я почувствовала, как ты скользнул в постель рядом со мной, и молилась, чтобы ты позволила мне уснуть. На следующий день я хотела рассказать тебе, но боялась. Я просто не знала, как ты отреагируешь. Джим, он напоил меня и фактически изнасиловал, — сказала она, снова начиная плакать.

С минуту я молчал.

— После того, как ты лгала мне все это время, как я могу поверить тебе сейчас? Ты спала с ним после той ночи, и когда он снова подошел к тебе, почему ты не пришла ко мне и не рассказала все? — спросил я ее.

— Ларри сказал, что если я не сделаю этого снова, он расскажет тебе, что я сделала. Но он не остановился и на этом случае и продолжал шантажировать меня. Ты знаешь, когда видели нас в последний раз. Ларри до смерти боится, что ты его убьешь. Я держалась в стороне, потому что не знала, какой будет твоя реакция на меня.

Я не знал, верить ей или нет.

— Это хорошая история, Мэри, но я не знаю, можно ли верить тебе. Ты должна была прийти ко мне в первую же ночь, и все было бы кончено, но теперь ты городишь одну ложь на другую. Я больше не знаю, чему верить. Как долго ты собиралась это терпеть? — спросил я ее в упор.

Мэри, все еще плача, сказала:

— Я не знаю, в этот момент я не знала, как выйти из этого. Это съедало меня изнутри, и я просто хотела, чтобы это закончилось. Джим, я просто хотела, чтобы мы вернулись туда, где были раньше, — сказала она, придвигаясь ко мне.

Мэри потянулась ко мне.

— Я не хочу, чтобы ты прикасалась ко мне, — закричала я, отступая от нее. — Я все еще представляю, как Ларри трахает тебя, и меня тошнит. Я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь оставить это позади, — сказала я ей, когда она уже почти истерически плакала.

— Пожалуйста, дай мне еще один шанс, я люблю тебя, — взмолилась Мэри.

Я бросил ей ключ от дома. Я сказал, что она может вернуться, но только в гостевую комнату.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, я не говорю, что не верю тебе, но мне нужно услышать это своими ушами от второй стороны измены. Да, кстати, в твоем шкафу мало одежды, я отдал несколько вещей своей новой подруге, — сказала я ей, ожидая какой-то реакции, но ее не было.

С этими словами Мэри вернулась в дом Кэрол за остальными вещами, а я отправился ужинать один.

После ужина я зашел в магазин электроники.

— Мне нужно кое-что, чего я не вижу на полке, — сказал я одному из продавцов. Я хочу подслушать разговор с расстояния примерно 25 футов, что у вас есть такого, что не будет заметно? — спросил я.

— Ты также хочешь это записать? — спросил он.

— Я никогда не думал об этом, но это хорошая идея.

Он снабдил меня дистанционным микрофоном размером с десятицентовик и устройством для прослушивания/записи всего за 300 долларов.

Я раз и навсегда выясню, кто говорит правду, — сказал я себе.

Остановившись в местном баре, я начал составлять план. Я использую Мэри как приманку и посмотрю, возьмет ли над Ларри верх его эго, как всегда. Посмотрев на часы, было почти 11:00, так что я отправился домой, к счастью, мне не нужно было идти на работу в четверг. Когда я вошел в дом, все было тихо. Поднимаясь по лестнице, я увидел, что Мэри уже в комнате для гостей. Войдя в свою комнату, я переоделся и лег спать.

Когда я встал, Мэри уже ушла на работу.

Около двух часов я позвонил ей и попросил позвонить Ларри и назначить встречу на вечер пятницы:

— Просто скажи, что тебе нужно с ним поговорить, назначь встречу где угодно, только не в мотеле.

Она согласилась и спросила, что я делаю сегодня вечером.

— У меня есть планы, и я не вернусь домой до 11:00, — с этими словами я повесил трубку.

Нет смысла говорить ей, что сегодня вечером я снова встречаюсь с Джоан.

Около 9.30 я вошел в клуб. Потребовалось около трех минут, чтобы мои глаза привыкли. Я не видел Джоан ни на сцене, ни на танцполе, поэтому занял столик и стал ждать ее. После того, как ко мне подошли по меньшей мере три девушки, желая купить им выпивку, я увидел, как Джоан вышла на сцену.

Ее работа на шесте была такой же отстойной, как и в прошлый раз, но пьяным парням в первом ряду было все равно. Сегодня вечером собралась большая толпа, и она неплохо зарабатывала на чаевых. Ее выступление длилось в общей сложности десять минут, и когда она сошла со сцены, один парень схватил ее за стринги и сорвал их. Я вскочил на ноги, но к тому времени вышибала сгрёб парня и вытащил его из зала.

Крутой ты парень, Джим, — сказал я себе, — но ты не можешь быть ее лордом и защитником здесь.

Джоан заметила меня и подошла к моему столику. Крепко поцеловав меня, она села.

— Я не была уверена, что ты действительно появишься сегодня.

— Девочка, я человек слова, ты же знаешь, — сказал я, целуя ее в губы.

— А вторая твоя проблема решена? — спросила она.

— Возникли кое-какие осложнения, но к завтрашнему дню все будет сделано, так или иначе. Хочешь выпить? — спросил я.

— Джим, если я выпью еще стакан чая, то буду мочиться целую неделю подряд, — сказала она со смехом.

— Сколько у тебя сегодня еще до завершения? — спросил я.

Джоан посмотрела на часы и сказала:

— Еще два часа.

— Ты хочешь вернуться ко мне сегодня вечером? — спросил я ее.

— Я думала, ты никогда не спросишь. Конечно, — ответила она.

После ее последнего выступления мы с Джоан поехали ко мне. Было темно и тихо, когда мы вошли. Мэри, должно быть, вышла.

— Не хочешь присоединиться ко мне в душе? — спросила она.

Это был безостановочный праздник поцелуев и объятий. Она чувствовала себя так хорошо в моих руках, что я едва мог дождаться, когда она окажется в моей постели. Все еще мокрый, я погнался за ней в постель, смеясь, когда схватил ее за талию и перекатился на нее сверху. Она была теплой, влажной и восхитительной на вкус. Джоан обхватила меня ногами и терлась своей киской о мой член.

— Полегче, девочка, я никуда не уйду. Сказав это, я перекатил ее на себя.

Я скользнул ниже, так, что ее киска оказалась прямо над моим лицом.

— Ты когда-нибудь ездила верхом на языке?

С этими словами я облизал ее щель от ануса до клитора и потянул ее киску вниз всосав своими губами.

Джоан начала пульсировать киской так, как никогда раньше. Из ее влагалища тек сок, и он стекал по краям моего рта. Она стонала и прерывисто дышала, наслаждаясь каждой минутой, когда мой язык обрабатывал её. Когда я протянув руку и помассировал ей клитор, она чуть не упала. Единственное, чего она не ожидала, так это когда я засунул свой язык ей в задницу.

— О Боже, я кончаю, не останавливайся, — закричала она.

С языком в ее заднице, с двумя пальцами в её норке, и моим большим пальцем, работающим с ее клитором, у меня были все основания к победе.

Когда она кончила, то прижалась изо всех сил своей киской к моему лицу. Подняв ее, я положил ее лицом вниз на кровать и подложил ей под живот подушку. Последние 20 минут я был тверд, как арматура, и, к тому же, она была такой мокрой, что не было никаких усилий, чтобы проникнуть в неё одним ударом.

Как только мой первый толчок достиг дна, она поднялась с подушки на руках. Она натягивалась на меня при каждом ударе и продолжала кричать:

— Сильнее, о Боже, сильнее.

Я потянулся вперед и схватил ее маленькие сиськи одной рукой, в то время как другой щипал ее клитор.

Теперь она была моим необузданным ребенком. Она стонала, кричала и вертелась подо мной. Не знаю, сколько раз она кончала, но, по крайней мере, два я почувствовал точно.

Я был очень близок к разрядке, когда решил попробовать ее задницу. Смочив палец, я засунул его ей в попку до второго сустава.

Она совершенно ничего не соображала. Вытащив свой член из влагалища, я приставил его к ее коричневой дырочке и толкнул.

— Вот дерьмо, — только и сказала она, когда ее голова упала на подушку перед ней.

Я подождал немного, пока она привыкнет ко мне внутри, и начал медленно поглаживать ее по полушариям ягодиц. Она просто лежала без движения в течение первых нескольких ходов, а затем я заметил, что она начала надвигаться на меня.

С последним толчком я загнал ей до самых яиц, тогда Джоан громко ахнула. Добавляя пару дюймов за раз и работая с ее киской другой рукой, мы снова были почти на полном ходу. Я продержался всего пару минут, прежде чем разгрузился ей в задницу.

Измученный, я вышел и лег рядом с ней. Забравшись мне на грудь, она поцеловала меня.

— Это было дико, у меня никогда не было никого в моей заднице до сегодняшнего вечера.

— Я думал, тебе это понравится, — сказал я с улыбкой.

Не успел я вымолвить ни слова, как поднял глаза и увидел в дверях Мэри. Она беззвучно плакала, и когда наши глаза встретились, она выбежала в коридор и захлопнула дверь.

— Кто это был, черт возьми? — спросила Джоан.

— Моя жена Мэри, — ответил я.

— Прости, а что она здесь делает?

— Это одно из осложнений, о которых я упоминал сегодня вечером, — сказал я ей.

— Мне нужно уходить, пока все не стало ужасно, — сказала Джоан, пытаясь встать с моей кровати.

— Милая, не будет ничего ужасного, и ты никуда не пойдешь, — сказал я, хватая ее и не отпуская. Сказав это, я начал снова её целовать.

— Минутку, — сказала Джоан, вскакивая с кровати и запирая дверь спальни. — Я просто не хочу рисковать. Итак, на чем мы остановились…

Я готовил кофе и завтрак, когда Джоан спустилась по лестнице в сопровождении Мэри. Подняв глаза, я сказал:

— Джоан, это Мэри. Мэри, это Джоан. Давайте поедим.

Напряжение можно было резать ножом.

Мэри выстрелила первой:

— Где ты подцепил эту шлюху?

Джоан тут же возразила:

— Джим, я думала, ты вышвырнул эту шлюху. Ты проверил ее комнату, не трахается ли она там втихаря с кем-нибудь еще?

Все шло не очень хорошо.

— Вы обе, уберите свои когти и позвольте мне рассказать вам, как мы будем жить дальше. Мэри, во сколько ты должна встретиться с Ларри?

— Сегодня около четырех, — ответила она.

— Хорошо, на тебе будет прослушка, так что я точно услышу, что будет сказано. Мы с Джоан будем в задней части клуба, а потом все вместе поужинаем и поговорим. Кто-нибудь хочет еще кофе?

Мы приехали туда пораньше и выбрали кабинку в дальнем конце зала. Мы наблюдали за Мэри, но она нас не видела. Я объяснил ей, что сказать, надеясь, что Ларри поймет. Когда Ларри вошел, я уже закончил тестировать устройство.

— Я могу остаться только на несколько минут, я хочу держаться как можно дальше от тебя и твоего сумасшедшего мужа, — сказал Ларри, садясь и заказывая пиво.

— У нас бы не было этого разговора, если бы ты не подставил меня, — ответила Мэри.

— Ладно, извини за ту ночь, наверное, мне не следовало навязываться тебе, но Джим и это проклятое пари сводили меня с ума. После этого я просто хотел попробовать тебя на вкус. Ты не была пьяна, я просто использовал… м-м… лекарство. Я никогда не собирался говорить Джиму, ты же знаешь, просто у тебя такое прекрасное тело, Мэри, — сказал Ларри, копая самому себе яму.

— Теперь, когда ты шантажировал меня, а Джим поймал нас, мы оба в затруднительном положении, — сказала ему Мэри.

8 — Ну, я все равно с тобой уже закончил. И мы с Джимом не были лучшими друзьями. Он, вероятно, никогда больше не заговорит со мной, так что мне больше нечего делать рядом с тобой, — усмехнулся Ларри.

Следующее, что испытал Ларри, был резкий удар, сломавший ему нос. За ним последовал второй, и кто-то схватил его за голову и попытался пробить ею стол.

Истекая кровью, как зарезанная свинья, Ларри услышал, как я шепчу ему на ухо:

— Ты, гребаный мудак, я записал каждое твое слово на пленку. Если я когда-нибудь снова увижу тебя в этом городе, я передам это дело полиции, думаю, они будут очень заинтересованы, не так ли? — сказал я, отпуская окровавленную голову Ларри.

После этих слов мы втроем вышли из бара, пробираясь сквозь толпу, которая просто смотрела на нас с широко открытыми глазами, в шоке от того, что только что произошло. Сев в машину, мы уехали.

— Отлично! Все прошло хорошо, — довольно сказал я, — думаю, нам больше не придется беспокоиться об этом придурке.

Мы остановились в другом ресторане и настроение несколько потеплело. Мэри попыталась сломать лед, спросив Джоан, чем она зарабатывает на жизнь.

— Днем я хожу в школу, а три вечера в неделю занимаюсь стриптизом. Там я познакомилась с Джимом. А что ты делаешь, когда не трахаешься с друзьями Джима? — ответила Джоан.

— Леди, я требую у вас быть вежливыми друг с другом, — сказал я, пытаясь взять ситуацию под контроль.

К счастью, уже принесли еду, и все ели молча, но их глаза, однако, много говорили. После ужина я повел Джоан на танцпол. Я убедился, что прижимаю ее к себе и ласкаю каждый дюйм ее верхней части тела, пока мы покачивались в такт музыке. Когда песня закончилась, я отвел ее обратно к нашему столику и спросил Мэри, не хочет ли она потанцевать.

— Я сейчас не в настроении танцевать, — огрызнулась она.

— Нет проблем, Джоан, хочешь еще один танец?

— Ладно, черт возьми, я потанцую с тобой, — прошипела в ответ Мэри.

Пока мы танцевали, Мэри продолжала подталкивать меня к разговору, но я просто сказал ей, что мы поговорим, когда вернемся домой, где будет более уединенно. Когда мы вернулись к столу, я сказал им, что пора уходить.

Дорога к дому была тихой, но напряжение снова сгустилось. Когда мы подъехали к дому, Мэри посмотрела на Джоан и спросила, не отвезу ли я ее домой.

Взглянув на Джоан, я спокойно ответил:

— А она уже дома.

Когда мы перешли в гостиную, я велел им обоим слушать и не говорить ни слова, пока я не закончу.

— Мэри, ты обманула меня, и хотя это было не намеренно, ты поставила себя в такое положение, в котором никогда не должна была быть. Я не знаю, будет ли наша жизнь когда-нибудь такой, какой она была раньше. Я люблю тебя, но тебе предстоит пройти долгий путь, прежде чем я снова смогу доверять тебе.

Потом я повернулся к Джоан:

— Джоан, ты, — лучшее, что появилось в моей жизни за долгое время. Мне нравится быть с тобой, с твоим великолепным телом в постели. Я не в восторге от того, что ты танцуешь в клубе, но если ты этого хочешь, так тому и быть. А если не хочешь, то просто брось это дело и спокойно учись. Я хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Мэри начала что-то говорить, но я оборвал ее.

— Если кому-то из вас не нравятся условия, то он может уйти.

Ни одна из них не сказала ни слова. Они просто посмотрели друг на друга, а затем на меня. Я знал, что если это сработает, мне придется сделать первый шаг.

Я подошел к Джоан, крепко поцеловал ее и начал раздевать. Затем я жестом пригласил Мэри подойти к нам. Я поцеловал Мэри, долго и крепко, и положил ее руку на маленькую грудь Джоан. Я стянул с Мэри платье, и они с Джоан остались в одном нижнем белье.

— Я думаю, что самое время, чтобы вы двое познакомились.

С этими словами я увидел, как они посмотрели на меня и начали целоваться. Сначала это были маленькие клевки, но через несколько мгновений они действительно вошли во вкус. Тогда я снял с них оставшуюся одежду.

Поскольку я был единственным, кто сейчас был одет, я разделся до своих боксеров и обнял их обоих.

— Я думаю, нам будет удобнее в постели, не так ли?

С этими словами мы поднялись в свою спальню.

Лежа на кровати, я схватил Джоан и притянул ее киску к своему лицу, а Мэри взяла в рот мой член.

Это была сцена прямо из хорошего порнофильма. Джоан трахалась с моим языком, в то время как Мэри пожирала мой член, который теперь был твердым, как гранит. Мы продолжали так еще около 10 минут, когда Джоан начала дрожать и тереться своей киской о мои губы. Это означало, что она кончает.

Стянув ее с себя и перевернув Мэри на спину, я засунул лицо Джоан в пизду Мэри. А сам вколотился в нее сзади.

Джоан действительно начала сосать киску Мэри. Мэри тяжело дышала, лихорадочно работая тазом. Джоан только начала кончать, когда я засунул большой палец в ее коричневую дырочку. Когда она бурно кончила, я услышал, как Мэри закричала:

— Не останавливайся, пожалуйста, я уже… Я близко.

Киска Джоан все еще капала, когда я положил ее на рот Мэри. А сам забрался к Мэри между ног, засунув два пальца в ее передок, а большой палец в задницу. Мэри не выразила ничего, кроме воплей похоти. Я никогда не видел ее такой возбужденной. Закинув ее ноги себе на плечи, я скользнул в ее мокрую киску и начал колотить.

Подняв голову, я увидел, как Джоан оседлала лицо Мэри, держась за спинку кровати, чтобы не упасть. Джоан поднималась и опускалась на шныряющем в её киске языке Мэри и приводила себя в такое состояние, которого я никогда не видел. Поэтому, смазав палец соком киски Джоан, я засунул его ей в задницу, пока колотился по лобку Мэри.

С таким количеством стонов, криков и извиваний, в тот момент было трудно сказать, кто кончает и кто кого трахает. Все, что я знал, это то, что я был близок. Я выстрелил свой первый заряд в манду Мэри, а затем переместился к заднице Джоан для последних двух качков.

Я перекатился на кровать рядом с Мэри и притянул Джоан к себе. Иметь двух красивых и сексуально истощенных женщин рядом со мной было воплощением мечты.

Первой заговорила Мэри.

— В следующий раз я хочу быть сверху, и нам понадобится какая-нибудь смазка, потому что я не хочу, чтобы моя задница снова натиралась до крови. Я просто должна быть в состоянии ходить.

Джоан добавила:

— Похоже, нам также понадобится кровать побольше.

Когда они начали говорить между собой, я подумал:

— Это может сработать.

По крайней мере, теперь я буду получать весь секс, который мне нужен.

Это вакханалия продолжалось почти год, и она пошла всем нам на пользу.

Я сбросил восемь килограммов и накачал отличные кубики пресса. Мери почти не изменилась, но у неё заметно увеличилась грудь, которую постоянно сосали в два рта.

Джоан тоже похудела. А через неделю забросила работу на шесте и вся отдалась учёбе. Я её всячески поддерживал и морально и материально.

После окончания школы Джоан уехала. Она по-прежнему считает своим долгом навещать нас раз в месяц и привозить с собой своих самых близких подруг.

Думаю, больше для того, чтобы похвастаться дружбой с нашей семьёй.

Мы с Мэри все еще вместе, и дела у нас идут лучше, чем когда-либо.

Однажды она завела разговор о ребёнке, но я ответил, что ещё недостаточно доверяю ей для такого серьёзного шага. Она обиделась, но… Мэри винит саму себя в отсутствии к ней доверия. Кроме того, ей нравится, как весело мы проводим наши вечера, ночи, а иногда и дни.

Время от времени я возвращаюсь в клуб, чтобы посмотреть, нет ли там новых танцоров. Мэри сказала, что нам нужна еще одна соседка.

Ну как, понравилось?

Нажми на сердце, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Количество оценок: 0

Оценок пока нет. Поставь оценку первым.

Дружище, почему такая низкая оценка?

Позволь нам стать лучше!

Расскажи, что надо улучшить?