Больничные будни. Впечатления пациента 1

Свалился я как-то в больницу. Как потом, слава богу, выяснилось, по пустяковому поводу. Но неделю пришлось отлежать, принимая пилюли и терпя уколы. Из развлечений была возможность только фантазировать насчёт женщин в белых халатах, молодых и не очень, врачах и медсёстрах, разных… Но всё по порядку:

— Панин!? — Кулаков!? — услышал я женский невыразительный голос сквозь сон и промычал в ответ:

— Угу… — чтож им в такую рань не спится то, мучал меня вопрос.. . Я лежал на боку, лицом к стенке и почувствовал как кто-то задрал моё одеяло, впустив холодный утренний воздух и заставив съёжится. И приспустил трусы. Затем что-то холодное и влажное коснулось моей ягодицы. Остро запахло спиртом. Через несколько секунд холодные пальцы медсестры захватили мою ягодицу, заставив её выгнуться и, спустя мгновение, я почувствовал укол… Спасибо, что хоть ворочаться не заставили: — подумал я и провалился в сладкий утренний досып.

Больница старая. Палата у нас была трёхместная. Дальняя кровать пустовала, а на остальных двух, разделённых узким проходом, лежал я и какой-то совсем юный стеснительный мальчик по имени Саша Кулаков. Мы как то поверхностно познакомились, но толком не общались. В изголовье наших кроватей было большое окно в коридор отделения, впрочем занавешенное, как в поездах, двумя маленькими занавесочками. Я уже давно проснулся, почитал книжку, пообедал и что-то меня опять сморило. Больничная атмосфера способствует сну, а может они подсыпают что, чтоб все спали по большей части. Вобщем я задремал и почти уже уснул как вдруг к Саше пришла посетительница — его мама!

— Ну как ты тут? — вырвал меня из сна её голос…

— Тссс! Тихо! Андрей спит! — зашептал Саша. И я, во сне, сказал ему спасибо. Хороший паренёк!

— А я тебе тут вкусняшек принесла! — тоже перешла на шёпот мама. И я услышал приближающийся шелест её бахил. Сон мне уже спугнули, но я пока не торопился заявить, что проснулся. Пусть пообщаются, а меня как будто и нет, — тактично подумал я. Вдруг моего лица коснулось дуновение ветра, как будто рядом взмахнули какой то тканью…

— Вот тебе бананчики, яблочки, сок…! — раздался её приглушённый шёпот и я чуть чуть приоткрыл глаза:… и… увидел её полные ноги, затянутые капроном… — это была юбка! Это она всколыхнула воздух у моего лица. Вид открывался только до середины бёдер, но этого хватило, чтобы сердце забилось чаще! Хоть какое-то развлечение в этом больничном существовании! Ну же… давай!!! Ещё ближе!!! Не хватало каких то пяти сантиметров, чтоб увидеть всю перспективу… Нет!… Положив яблоки на тумбочку, она села в ногах у Саши, коленками ко мне. Юбка была не широкая и рассмотреть больше с этого ракурса тоже не удавалось. Только то, что я уже и так видел — ноги у неё были очень сексуальные. Как впрочем и остальное, что я смог рассмотреть через щёлочку в ресницах. Брюнетка с длинными волосами одетая в белую блузку и джинсовую юбку. Блузка безуспешно пыталась скрыть шикарный бюст размера третьего. Я молча любовался её коленками и бюстом, продолжая делать вид, что сплю. Надо будет расспросить паренька про маму, — подумал я! Красивая женщина. И не намного старше меня. Мне тогда было 33, а ей, ну может, 38, максимум. Я лежал и, как завороженный, следил за треугольным тоннелем созданным из её ног и юбкой сверху в качестве третьей стороны. Почему то очень хотелось заглянуть ей под юбку, но… облом, и мне оставалось только додумывать, чувствуя как шевелится в штанах мой дружок. Поболтав так минут 10, мама начала прощаться

— Ну что тебе принести в следующий раз ? — спросила она, вставая

— Не знаю, мамочка!

— Ну, придумаю что-нибудь! Давай поцелую и мне надо бежать! — наклонилась она к Саше и…. Бингоооо!!!

Мне на пару секунд открылся изумительный вид на её ножки и попку! Блин, фигня, конечно, но хоть какое-то развлечение! И мой друг в штанах подтвердил эту мысль, оттянув трусы. Теперь с ним что-то делать… И как? Ждать ночи?… Мда!..

Я повалялся ещё после ухода мамы и, наконец, «проснулся»!

— А ко мне мама заходила! — радостно сказал Саша!

— Да ты что…?!… А я всё проспал!

— Да! Вот, угощайтесь! — протянул он мне яблоко!

— Спасибо! — захрустел я с аппетитом, — А кто у тебя мама?

— Она бухгалтером работает в школе.

— Аааа!!! А папа?

— А папа водитель на фуре. В надорвипуптрансе

Я не стал дальше расспрашивать мальчишку. Да и что мне с того. Пофантазировать о его маме я и так смогу. Но интересную информацию я уже получил, надо будет забросить в следующий раз удочку в сторону мамы! — Как, говоришь, её зовут?

— Мария!

— Мария!… Значит Маша… Кулакова!… Символично, — взгрустнул я…

До вечера я сидел в телефоне и то читал, то играл, то лазал по соц сетям. Наконец наступило время вечернего обхода и я, наконец, увидел обладательницу холодных пальцев и невыразительного голоса. Это оказалась девушка лет 30-35ти. Брюнетка с завязанными в хвост волосами. Этакая плотно сбитая казачка. Не полная, а именно крупная, с большой грудью и бёдрами и, как я понял, в халатике на голое тело. Если не считать за одежду нижнее бельё. Бейджик на её груди оповещал, что её имя Анастасия. Голос, кстати, у неё был низкий, красивый. Просто ей с утра тоже спать хотелось.

— Так, меряем температуру! — зашла она в узкий проход между нашими кроватями и раздала градусники. — Вам, вот, таблетки. — протянула она мне отрезанный блистер… — а я бегал взглядом от её лица, по могучим грудям, двумя правильными полушариями выглядывающих из выреза, потом по сексуальному животику и до пухлых коленок, виднеющихся из под короткого халатика и обратно. Она отдала мне таблетки и повернулась к Саше… ООООО!!! Вот это вид! — замер я с таблетками в руках. — Могучая корма повернулась в мою сторону и, под задравшимся халатиком, стали видны крупные ляжки и, любимые мной, ямочки под коленями. Я, типа мне плохо, положил голову на подушку как можно ближе к краю и даже чуть съехал вниз, чтоб только увидеть больше и замер, словно паук на паутине…

Член начал стремительно расти от увиденной перспективы: Могучие ляжки, отсвечивающие матовой кожей, расширяясь, уходили далеко под юбку, но из-за размеров, были плотно прижаты друг к другу и потому, я ждал когда она сделает шаг в сторону, чтобы разглядеть трусики. Она что-то говорила Саше и собиралась сделать ему укол. Вот она взяла шприц, выпустила струйку вверх, и…… шагнула в сторону попы моего соседа.

Блядь!!!! — я инстинктивно схватился за член под одеялом — мне стала видна её большая жопа в бордовых трусах, съехавших с одной ягодицы и зажёванных попой, выпирающий пирожком мягкий лобок с выбивающимися тёмными волосиками и даже чуть нависающий животик угадывался где-то там. У меня было только четыре секунды, пока она делала укол Саше, чтоб насладиться этим волнующим видом, но этого хватило, чтоб член стал просто каменным, а сердце колотилось как сумасшедшее!

— Давайте ваш градусник! — повернулась она ко мне и я, вдруг, понял, что так и держу его в руке, забыв сунуть под мышку.

— Ладно, так и запишем, тридцатьшесть и шесть, — и она посмотрела в окно в коридор над моей головой. Там стояли две девочки практикантки и смеялись. Блин, неужели спалился, — подумал я в панике и отдал градусник Анастасии, стараясь не поднимать глаз. Было стыдно, что меня могли запалить за таким занятием…., но это было, чёрт возьми, круто! Вспоминал я увиденное и старался придушить топорщащийся член.

Мне виделись картины, что я задираю ей халат, сдвигаю её трусики и, с размаху, хлюпаю в неё членом так, что падает её медицинская шапочка. Затем картинка сменилась, и я представил, как её могучая промежность опускается на моё лицо, а её пальцы приглашающе раздвигают свои губки… Потом, в моих фантазиях, почему-то добавилась Сашина мама, стоящая в одних чулках и расстёгивающая лифчик и её, ещё упругие, груди закачались у моего носа

Блядь! Я так больше не могу! Надо сходить подрочить, а то я лопну! — разгоняя красочные картинки, встряхнул я головой и, поправив в трениках член, побрёл в сторону туалета. Проходя мимо стойки дежурной я поздоровался с дородной тёткой с красивой причёской и медицинской шапочке. Я вспомнил, что неизменно оборачивался ей вслед, встречаясь в коридоре. Она была не молода, но своей фигурой привлекала внимание мужчин на отделении. Мощные, сильные икры переходили в резко расширяющиеся бёдра и, просто огромную, жопу. Потом неизбежный, в таком возрасте, животик и две огромные дойки размером с мою голову каждая. На всю эту красоту натянут медицинский сине-зелёный халат на кнопках, плотно облегающий эти телеса. Я всё время удивлялся, как кнопки выдерживают такую нагрузку, а в глубине души и мечтал, что уж там, расстегнуть эти кнопки и сделать «бррр». Не важно где — между грудей, между ног или дунув в пупок, — с таким телом получится везде!

Стол дежурной стоял напротив маленькой зоны отдыха с парой диванчиков, фикусом и бормочущим телевизором. Мой возбуждённый фантазиями мозг мгновенно просчитал, что если сесть на вот тот диванчик, то можно заглянуть под юбку, сидящей за столом, медсестры. И отмазка железная — телевизор! Я понял, что должен срочно посмотреть, показываемый по телевизору, сюжет про открытие новой станции метро в Новосибирске и сел на диванчик. Посидел секунд тридцать, пялясь в помехи на экране, и, просто неимоверным усилием воли, старался не повернуть голову прямо сразу. Наконец, как бы невзначай, я повернул голову в сторону стола! Зря волновался, — надстройка над столом, в виде стойки, надёжно прикрывала мой нескромный взгляд от хозяйки. Телевизор что-то бубнил по поводу сложностей в проходке тоннеля и как они героически справились с задачей, а я прикипел взглядом к тоннелю под юбкой медсестры! Как бы мне его тоже успешно пройти, подумал я, глядя на мощные ляжки с бляшками целлюлита, которые смотрелись очень сексуально своими ямочками. Не знаю, что плохого в целлюлите? — подумал я. Поднимают панику, чтоб девушки с ним боролись. Зачем, это же естественно. Даже на попках у детей он присутствует, — так зачем с ним бороться? Не понимаю!

Я оглянулся по сторонам — вроде никого нет, дежурная заполняла какие-то бланки, скрипя ручкой. Я тихонько наклонился, чтоб видеть глубже, а потом и вовсе встал на корточки и приблизил лицо почти вплотную к её разведённым коленям и мне даже показалось, что я улавливаю терпкий аромат её интимного. Голова мгновенно закружилась и я чуть не нырнул туда с головой.

Фуууу!!! Надо выбираться! Всё равно я тут ничего не увижу! Чтоб увидеть хотя бы её трусики, надо ей задрать халатик на бёдра и развести ноги минимум на сто двадцать градусов, а это не реально! Я вдруг понял, что не слышу скрипа ручки. — а это может означать что угодно. От полного провала до просто того, что она всё написала. Я уже начал движение, чтоб, как ни в чём не бывало, сесть обратно на диван как вдруг… Зашуршал, задираемый на бёдра, халат, ноги широко раздвинулись и её рука сдвинула в сторону широкую ленту трусов с пухлого, покрытого рыжими волосами, лобка.

Чтооо!!!???… — мои челюсть и член встретились где-то в районе пупка, мозг жаждал, но отказывался верить в увиденное. Я замер в неудобной позе перед столом дежурной немигающим взглядом глядя на волосатый треугольник её припухлого лобка и в такой мизансцене мы замерли едва не на минуту. Наступила гнетущая тишина, нарушенная только характерным звуком перевода минутной стрелки на старых, больничных часах и приглушённым храпом из палат.

— Ты дрочить пойдёшь или порадуешь Валентину Ивановну? — раздался её голос. Я, в отчаянной попытке выдержать хорошую мину при плохой игре, схватил какой-то упавший бланк с пола и встал с ним из-за стойки.

— Вот! У вас что-то упало! — красный как рак, протянул я ей бумажку, а взгляд предательски метнулся к её, сдвинутым в сторону, трусам. Чёрт, где я спалился? Позор какой! И тут я увидел монитор камеры слежения на её столе, где на одном из квадратиков увидел себя откуда-то сбоку!!!

ЧЧЧёрт! Вот это провал!

— Да я… это… Анастасию…

— Аааа! Так ты девочек искал? Сегодня уже ушли все, ебать некого. Только я и дежурный врач, Роберт Карлович — мой муж, остались.

— Так ты порадуешь Валентину Ивановну или тебя к Роберту Карловичу отвести? — не оставила она мне выбора. Вариант подрочить уже не рассматривался как смехотворный.

— Порадую… Валентину Ивановну… Роберт Карлович меня как-то… не интересует! — заикаясь, сказал я и медсестра громко рассмеялась — А вы мне нравитесь! Пошли в процедурку!!! — Валентина Ивановна поднялась с жалобно скрипнувшего кресла и натянула задранный халат обратно на ляжки, кокетливо поправила шапочку на красивой причёске и пошла по коридору своей качающейся походкой. Я постоял, обалдевший, ещё несколько секунд, и поспешил за ней, уже не пытаясь спрятать оттопырившийся член в трениках, а следуя за ним, словно за стрелкой компаса, неумолимо указывающей на жопу дежурной медсестры.

— Дверь закрой! — скомандовала взгромоздившаяся в гинекологическое кресло Валентина Ивановна.

— Не придумано ещё более удобного приспособления для секса, чем профессиональное гинекологическое кресло! — и она нажала несколько клавиш на пульте. Кресло зажужжало, поворачиваясь вверх, вниз, раздвигая или задирая ноги и остановилось на уровне моего лица. В установившейся на миг тишине, звонко чавкнули, раскрываясь, малые половые губы. Я посмотрел на них, на окружившие вход увлажнившиеся волоски, на, свисающую с кресла, огромную жопу с разведёнными толстыми ляжками и, наконец не выдержав, кинулся в эту пизду с головой, обхватив ляхи руками и начал лизать как в последний раз в жизни. Упиваясь соками, их вкусом и выплёвывая периодически попадающие в рот волоски.

— ОоОохххх!!!! Хорошо ублажаешь Валентину Ивановну! Молодец! — застонала медсестра, — Глубже язычком! Да! И попочку мою не забудь… Аааххх!!! Хорошо!! Ммммм….. — стонала она, пытаясь свести ноги на моей голове, но кресло ей этого не давало, чему я, в какой то степени, был благодарен, косясь на огромные молочные ляжки по бокам моей головы. Между таких точно можно задохнуться и придёт врач, поставит плоскостопие и закопают меня на дворе, как ещё одну жертву медицины. Но пока я наслаждался процессом, чавкая и упиваясь соками. Через несколько минут её выгнуло дугой и я с ужасом услышал, как зажужжали, сдаваясь, шестерёнки на подножках, удерживающие ноги раздвинутыми. Она с такой силой сжала колени, что упоры стали сдвигаться и капкан почти захлопнулся, но тут она выдохнула и давление ослабло. Я представил, что было бы с моей головой, еслиб не кресло и мне чуть-чуть поплохело. Хотя многие мне бы позавидовали… — быть удушенным такими ляхами!!! Дорогого стоит!

Полежав чуть-чуть и переведя дух, Валентина Ивановна опять нажала на клавиши и опустила кресло на уровень моего паха. Оно ещё ехало вниз, а я уже, с чавком, ворвался в её влагалище и начал её активно трахать, не дожидаясь остановки, обняв её ноги снизу. Наконец то, после всех впечатлений этого дня, мой дружок резвился в своём любимом месте, где тепло и сыро. И ещё, на удивление, очень узко, как у школьницы. Наверняка она по знакомству делала какие-то операции себе, чтоб, так сказать, не иссяк поток поклонников её, очень специфической, красоты. С голодухи я вгонял в её хлюпающую пизду свой штырь на всю глубину, разгоняя волну по её телу, которая начиналась с ляжек, проходила по животу и затухала в мощных сиськах, казалось живущих по своим законам физики. Она сняла ноги с подставок и положила мне на плечи, едва не заставив меня пригнуться от их тяжести. Даа, такая двинет конечностью — мало не покажется! Меня хватило минут на десять такой ебли и я, потеряв контроль над собой, вжался с силой в её припухлый лобок и обильно излился в гостеприимное влагалище, едва не сдвинув тяжёлое кресло и чувствуя внутри её оргазм. Её тело всё слабее и слабее вздрагивало от моих, затухающих, толчков и, наконец, я упал на неё без сил. Она тут же обняла меня своими руками и прижала к мощной груди:

— Какой хороший мальчик! Хорошо отъебал Валентину Ивановну!

— Следующий раз я дежурю через два дня и дам тебе в попку, мне туда даже больше нравится. — колыхнула она призывно своей жопой, по пути натягивая халат и застёгивая кнопки (нихера себе, попка). — Я надеюсь тебя ещё не выпишут! А Настя завтра дежурит. Я ей передам, что её хороший мальчик искал, — пусть хоть подмоется! Ну пошли.

Она подошла к двери и вдруг, прислушавшись, насторожилась: — Тсссс…. Роберт Карлович идёт! Быстро, туда! — и мы юркнули за ширму, за которой стояла всего одна кушетка. В двери провернулся замок…

— Проходите, милочка, сейчас осмотрим вас.

— Роберт Карлович, а раздеваться вот тут, за ширмой? — а я похолодел, — сейчас нас застукают. Я мысленно сжал кулаки и замотал головой: — Нет. Нет. Нет…

— Нет необходимости, милочка, я всё сам сделаю! — как будто продолжил за мной Роберт Карлович, — Тааак, что тут у нас? Сисечки! Тааак… Прекрасные сисечки юной особы… угу… ммм… тёплые, мягкие, сосок правильно реагирует на пальпацию…. Угу, хорошо. Замечательные сисечки.

— А тут у нас что? ММММ, тааак. Кисочка у нас тут! Какая красивая кисочка! Ну-ка, расслабься! — я услышал негромкое чавканье и сопение.

— Ой! — вскрикнула девица

— Тааак, не девственница! Для нашего поколения странно — для нынешнего… норма.

— И как поживает ваша матушка? Всё работает в консерватории?

— Нормально! Ой! А зачем вы расстёгиваете ширинку?

— А… это… не обращайте внимания, откройте ротик!…

— Доктор, а вы точно окулист?

— Не перебивайте доктора, ему лучше знать! Скажите — ААА!!!!

— Аааа..Гульп! — раздался утробный звук, и я представил, как член доктора исчез во рту незнакомки, испуганно смотрящей ему в глаза снизу вверх.

— Тааак! Инструмент входит в ротик только на треть! Это очень плохо для зрения, милочка! Будем работать над этим! Дааа- дааа! Что вы мычите, — сами посмотрите!..

— Гульп, чавк…

— Вот видите, что я вам говорил!? Ну что, милочка, будем работать над этим?

— Уммффрус… — ответила она с пузырьками.

— И не говорите с полным ртом, стыдно за вашу матушку, неужели она не воспитала вас как следует? Просто кивните!

— Вот, другое дело! Сейчас начнём первое упражнение, расслабьте горлышко вот здесь… ещё… Ещё…

— Гульп — чавк, чавк…

— Ещё чуть-чуть… мммм…. вооот!!! А вы боялись! Видите, слёзки текут — это хорошо, значит мы правильно стимулируем глазной нерв!

Далее, в течение пяти минут, было слышно только чавкание девочки и сопение доктора.

— А теперь встаньте вот здесь на коленочки, — услышал я голос доктора -. .. Вот так! Прогнитесь!!! Ещё! Вот так, милочка!

— Да мы уже течёоом вовсю, это очень хорошо, милочка. Проще будет инструмент вставлять. Сейчас вы его почувствуете в своей кисочке, не пугайтесь.

— А это точно помогает при близорукости, доктор?

— Конеееечно, милочка! Ведь я же… — хех… чавк, -… Доктор наук!… — вставил он ей «инструмент»

— Мммммкххх…. Какой у вас… большой… инструмент! — закряхтела девочка

Следующие десять минут слышалось только пыхтение доктора, сочные шлепки и поскуливание девочки вперемешку с прибаутками Роберта Карловича. Мой член опять стоял как часовой у мавзолея. Я приблизил глаз к щели в ширме и почти сразу наткнулся на взгляд девочки, трясущейся в такт толчкам в тридцати сантиметрах от ширмы. Её глаза расширились и она закричала:

— Ой, доктор, я вижу….

— Тсссс… — приложил я палец к губам, глядя на неё через щёлку.

— Вооот! — забасил Роберт Карлович, — Зрение уже восстанавливается! А вы сомневались, милочка…

— Но там…

— Там всё хорошо, милочка, это прямой путь к глазному нерву, который мы сейчас помассируем ещё чуть-чуть.

Я неотрывно смотрел ей в глаза, с прижатым к губам пальцем — она ещё хотела что-то сказать, но постепенно её глаза стали закатываться и ей стало уже всё равно.

Чёрт! Я тоже хочу быть доктором! — вдруг остро понял я и начал медленно задирать халатик на жопе Валентины Ивановны, стоящей тут же, и наблюдающей в щёлку, как её муж трахает какую-то пациентку. Она молча извивалась и делала большие глаза, но я, наконец, приспустил ей трусики и меееедленно вошёл в жопу жене Роберта Карловича, уперевшись ей в спину. Её очко растянулось и заблестело натянутой на член кожей. Редкие длинные рыжие волоски росли вокруг ануса, украшая эту клумбу. Мой член звенел как медный колокол, — то, что рядом, за ширмой, доктор, чью жену я натягиваю жопой на свой член, трахает юную девушку, так завело меня, что я готов был кончить в любой момент. Теперь главное не спалиться опять и, как бы не хотелось набрать тот же ритм, я вынужден был медленно двигаться в очке своей партнёрши, считая шлепки за ширмой.

— Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп — выход

Шлёп-шлёп, — вход!

Шлёп-шлёп-шлёп-шлёп-шлёп, — выход

Шлёп-шлёп-шлёп, — вход! — толкал я её плавно, но мощно.

Валентина Ивановна тоже, видимо, вошла во вкус и так же медленно, но сильно, подмахивала, сорвав с головы шапочку и заткнув ей свой рот. Несмотря на размеры её жопы — мне удавалось входить глубоко, почти до упора. И я гладил её огромные ягодицы руками, закинув на спину халат, любуясь её большой, сексуальной кормой, в которой двигался мой член.

— Доктор, хватит, вы меня порвали! — заскулила девочка

— Сейчас, милочка, ещё чуть-чуть и лекарство будет готово, но его надо быстро проглотить. Готова?

— Ну если так надо для зрения, то…..

Ай, да доктор! Ай, да сукин сын! — позавидовал я, стараясь не шлёпать животом по жопе медсестры.

— Давай, милочка! — девочка резко развернулась ко мне своим натёртым распахнутым влагалищем и всосала член доктора.

— Давай, моя хорошая!

— Как я учил! Глубже! Ещё глубже! Кхххммммм!!! — громко застонал Роберт Карлович, изливаясь в рот девочке, а я, глядя на эту картину и развёрнутое ко мне очко девочки, стал изливаться в жопу его жене, тоже молча затрясшейся в оргазме.

Замок в дверях опять щёлкнул и шаги, что-то наставительно рассказывающего девочке, Роберта Карловича удалились. Только тогда я, с чавканьем, достал свой член из Валентины Ивановны и плюхнулся рядом, на кушетку!

— Даааа… Вот это мы пощекотали нервы! Я так кончила, что… ого-го! Теперь я понимаю вас, вуайеристов! Так щекотать себе нервы!…

— Чё это вуайеристов — я нормальный, а то, что под юбку заглядывал, — так это инстинкт!

— Дааа! — не слушая меня, продолжила Валентина Ивановна, — Так можно и адреналиновым наркоманом стать! Быть трахнутой за ширмой, отделяющей меня от мужа тонкой гранью, в то время, пока он ебёт какую-то девочку с соседнего отделения… — это что-то.

— Я смотрю — вы не удивлены!

— Молодой человек! Мы в больнице! Секс — это наши будни! Вы думаете Роберт Карлович не знает, что я тут делаю?…

— Но чтоб, вот так! У меня это в первый раз…

Она взяла салфетку и поднеся её к попе, громко, с пузырьками, пукнула, собрав вытекшую сперму.

— Давно хотела так сделать, но тогда мы бы точно спалились. — сказала она

— Ну что, как тебе Валентина Ивановна? — я набрал воздуха, чтоб ответить.

— Ладно не отвечай! Завтра с Настей сравнишь! Она, кстати, тоже в попу обожает!

— Знаете, а мне тут нравится! Возьмёте меня в доктора?! Или помощником медсестры?! — воскликнул я.

— Хм, посмотрим. — хитро скосила она глаза

— Ааа… девочки-практикантки?…

— А вот с практикантками сам разбирайся! Но девки смешливые, ебливые, может что у тебя и получиться! Ну всё, хватит болтать, отделение без присмотра осталось, марш в палату!

Ну как, понравилось?

Нажми на сердце, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Количество оценок: 0

Оценок пока нет. Поставь оценку первым.

Дружище, почему такая низкая оценка?

Позволь нам стать лучше!

Расскажи, что надо улучшить?