Фазенда. Часть 5

Ты уже проснулся? Так рано? – спросила сонная сестра, с прической как в членов группы KISS, входя на кухню, где я поджаривал яичницу с вчерашней картошкой, готовя нам завтрак.

— Да. И кофе уже почти сварил, — ответил я, гордясь собою, будто приготовил самое изысканное блюдо французской кухни.

— Позавчера, ты немного не вовремя зашел, а вчера весь день проспал, и я тебя так и не спросила. — Начала сестра разговор, когда мы позавтракав, сидели на крыльце и «курили кофе». – Вы с Надеждой уже всё?

— Да. Я ей сказал, что у меня есть девушка…

— А девушка знает что «она у тебя есть», — перебила сестра. — Женечка, по поводу Лены, особо не обольщайся…

— Ты не понимаешь, у нас все по-дру…

Фразу я оборвал на полуслове, услышав звонкий смех Лины. Через минуту, во двор входили Лена и Лина с сумками, наполненными продуктами.

— Приветик! – сказала Лена, целуя меня в губы, оставив сумки на крыльце. – Я же обещала приехать.

— Вау, какой пресс! Танька, скажи своему брату, пусть накинет футболку, или я совращу его! – протараторила Лина, подставляя мне щеку для поцелуя. – Не в губы!

Что бы поцеловать Лину, пришлось наклониться. Польщенный комплиментом, я пошел в дом надеть футболку и скрыть румянец на щеках.

Еще не было и 10 утра, а солнце уже нещадно пекло. Девушки успели снять одежду, оставшись только в купальниках, заканчивая последние приготовления к пикнику. Я невольно залюбовался молодыми девичьими телами: пышногрудой Таней, стройной, по-спортивному подтянутой Леной и миниатюрной очень смуглой Линой.

— Мы к вам на целый день, а поздно вечером возвратимся, — говорила Лена на берегу речки, в тени старой ивы, нарезая овощи и колбасу, и наблюдая за тем, как я надевал мясо на шампуры. – А завтра, когда ты сдашь последний экзамен, я тебя жду в гости, — лукаво улыбаясь, сказала она, посылая мне воздушный поцелуй.

— Лен, ты бы с ним была поосторожней, — влезла в наш разговор Лина, — смотри как он с мясом управляется! – Хотела смутить меня Лина, но сама, почему-то покраснела.

Закончив с нарезкой, ожидая шашлык, девушки начали распивать бутылку коньяка, празднуя окончание сессии. Поскольку у меня на следующий день последний экзамен, даже учитывая, что это моя любимая математика, в распивании крепких алкогольных напитков мне было отказано. Взамен, я получил от девушек две бутылочки слабоалкоголки «Джин Тоник». Лениво посасывая слабоалкоголку, и переворачивая шашлык, я не сразу обратил внимание на необычную тишину под старой ивой. Посмотрев в сторону девушек, увидел Лину, одиноко сидящую на берегу, и тихонько спорящих о чем-то Таньку с Ленкой метрах в 20 от берега. Увидев мой взгляд, направленный на них, девушки возвратились за «стол».

Время быстро пролетало, и солнце постепенно катилось к закату. Несколько раз, я пытался затащить изрядно хмельную Лену в дом, но она все улыбаясь и смеясь, мягко меня отшивала. Наконец, опустошив вторую бутылку коньяка, девушки полезли в воду, намереваясь после этого уезжать. Купающаяся Лена, поманила меня пальчиком, приглашая присоединиться к себе. Влекомый сердцем и членом, я с разбегу нырнул по направлению к Лене, вынырнув возле нее.

— Я люблю тебя, Лена! – сказал я девушке, обнимая и прижимая ее тело к себе и запуская руку под трусики купальника.

— Женечка, нам хорошо вместе, давай не будем все усложнять, — ответила Лена, но мою руку из трусиков не убрала. – Давай наслаждаться каждым мгновением вместе, не строя планы на будущее.

— Танька опять будет орать на меня, но нужно тебя успокоить, — сказала она тихо на ухо, освобождая мой член от плавок. – У тебя завтра экзамен, ты должен пораньше уснуть, а я тебе в этом помогу, — добавила Лена, улыбаясь и ритмично водя рукой под водой по моему члену.

Не дрочив два дня и изнывая от прекрасных девичьих тел в купальниках, поглаживая упругую попу Лены и ощущая ее прикосновения, кончил я быстро. Дождавшись, когда член полностью успокоится, мы потянулись на берег к Тане и Лине, увлеченно и с интересом разглядывающих остатки шашлыка в своих тарелках.

— Имели бы совесть, — шутливо обратилась к нам подвыпившая Таня. – У некоторых уже месяц не было ничего кроме пальцев. А с тобой мы позже поговорим, — серьезно и с укором во взгляде, обратилась она к Лене.

— У некоторых уже 20 лет ничего не было кроме пальцев, — звонко отозвалась пьяная Лина, пытаясь пошутить и разрядить напряжение между девушками, но при этом сильно смутилась и притихла.

Поздно вечером, усадив пьяных Лену и Лину на электричку, и возвратившись домой, мы ложились спать. Сильно хотелось подрочить, но не охота было выходить на улицу и кормить комаров. Дождавшись, пока сестра выключит у себя свет, я вытянул член, намереваясь быстро кончить и уснуть. Услышав скрип старой кровати в комнате Таньки, я притих.

— Женька. Ты не спишь? – Услышал я возле двери громкий шепот сестры.

— Нет, — ответил я, пряча член в плавки под простыней.

— Можно я у тебя полежу? – спросила Таня, уже ложась возле меня. – В моей комнате душно и меня штормит. С твоего дивана легче на улицу выбежать, если что. – Сонно проговорила сестра, и тут же захрапела.

Полная луна ярко светила сквозь большие окна веранды. Таню, такой хмельной как сегодня, я не видел никогда. Девушка лежала спиной ко мне, не накрываясь простыней, в одной лишь футболке, без белья. Немного задранная футболка не прикрывала и половину восхитительных ягодиц. Лишенная загара попа, гипнотизирует взгляд своей белизной и контрастностью с остальными частями тела. Ощущая сильную эрекцию, полностью уверенный в том, что пьяная девушка уже спит, я принялся неспешно водить по члену, представляя, как мой член входит в сестру сзади.

Таня что-то пробубнила спросонья, и развернулась на спину, еще больше задрав футболку, полностью оголив лобок. Впервые у меня была возможность рассмотреть ее тело так близко. Немного приподнявшись и придвинув лицо к ее бедрам, я рассматривал аккуратной формы, подбритый по бокам, треугольник темных, коротко стриженых волос на лобке. Терпкий запах женского влагалища щекотал ноздри и манил к себе. Борясь с желанием прикоснуться губами к промежности сестры, я представлял как провожу языком между половыми губами, захватывая губами клитор…

— Это уже слишком! – как гром среди белого дня ошарашил меня голос сестры.

— Тань, прости. Не знаю, как так получилось. Прости… — начал я, пряча член в плавки, отстраняясь от тела Тани, и чуть не плача. Кожа лица пылала от жгучего стыда. – Я знаю, что это не оправдание, но ты лежала возле меня, такая желанная…

— Тише, Женечка. Твоей вины меньше чем ты думаешь. Кое-кому нужно меньше пить. – грустно проговорила Таня.

— Прости меня, если можешь, — забившись к стене, и обхватив голову руками, проговорил я, не слушая сестру. – Мне просто хотелось прижаться к тебе, такой прекрасной…

— Ты меня правду хочешь? – голос сестры был лишен злости и укоров, только озорной интерес.

— Я бы полжизни отдал за ночь с тобой, — пролепетал я, не подымая взгляд.

– Посмотри на меня! – громко сказала она, отрывая меня от самобичевания и угрызений совести.

Несмело подняв глаза на сестру, я с удивлением увидел ее полулежащую на руке и совершенно обнаженную, прикрывающей другой рукой красивую грудь.

— Тань, ты что?..

— Надеюсь, завтра я об этом не вспомню. Покажи, как ты себе делаешь приятно. Можешь смотреть на меня, только не прикасайся. – Томно проговорила сестра.

Ошарашенный, я повиновался, вытащив успевший упасть от испуга член. Таня оперлась на подушку, и с интересом смотрела на мой быстро поднимающийся член. Перестав прикрывать рукой великолепную грудь, девушка принялась сильно сжимать указательным и большим пальцем сосок, а пальцами другой руки неспешно водить по внутренней стороне своих бедер, постепенно поднимаясь все выше и выше, и наконец, прикоснулась к промежности. От увиденного, у меня перехватило дыхание, сильное желание переспать с собственной сестрой сводило с ума. Готовый кончить в любой момент, я очень медленно водил по стволу, пытаясь максимально насладиться зрелищем обнаженной сестры ласкающей себя. Вдруг, Таня схватила меня за руку и потянула к своим половым губам, коротко вскрикнув при этом. От прикосновения к мокрой горячей киске девушки, я не в силах больше терпеть, начал кончать на грудь и живот сестры, а Таня, принявшись сильно сжимать бедрами мою руку, забилась в судорогах нахлынувшего оргазма.

Таня лежала, закрыв глаза и тяжело дышала. Я боялся пошевелить рукой, зажатой между бедрами сестры. Не смотря мне в глаза, сестра убрала мою руку от своего лона, уткнулась головой в подушку и принялась рыдать

— Что я наделала? – только и мог я разобрать сквозь слезы. Понимая, что земляникой тут не отделаешься, я молчал, ожидая когда сестра выплачется. – Вот я дура пьяная: хотела подколоть тебя, а сама не удержалась, — продолжила она, опять заливаясь слезами.

— Я же не железная, — начала Таня, немного успокоившись. – Когда ты зажимал Ленку, а она рукой тебя расслабляла, я вся горела. Вечером я решила тебя немного проучить, намереваясь спровоцировать тебя на мастурбацию, а потом устыдить тем, что дрочишь на родную сестру. Но почувствовав твое дыхание у себя ниже живота, уже не смогла остановиться… — Проговорила она и опять заревела.

Я приобнял, пытаясь успокоить девушку, но она отстранила мою руку, поднялась и ушла к себе, сказав короткое и грустное «Прости».

— За что прости?! – крикнул я ей вслед. – Мне еще никогда не было так хорошо!

Но Таня меня уже не слушала.

Проснувшись утром от навязчивого будильника, оторвавшего меня от прекрасного сна, я увидел футболку сестры на своей кровати, и понял, что это был не сон…

Сдав очередной экзамен, я веселый выходил с аудитории, где меня уже дожидалась Лена.

— «Отлично», — сказал я ей обнимая и целуя.

— Поздравляю! – ответила Лена. – А теперь пошли ко мне, Лина уже уехала на выходные к маме. – С этими словами, Лена взяла мою руку и потянула за собой. Остановились мы лишь возле киоска, где она купила пачку самых дешевых сигарет с фильтром. – Потом поймешь, — сказала она.

В общежитии нас встретила Баба Галя. Ленка негромко переговорила с ней, вручила пачку сигарет, взяла меня за руку и потянула к лифту.

— Ох уж эти твои братья, — с улыбкой сказала Баба Галя в след Ленке.

— Я сказала, что ты мой брат, и тебе негде переночевать. Но ты должен уйти до шести утра, до окончания смены Бабы Гали. — Уже в лифте говорила мне девушка. – После того как я дала ей сигареты, она нас пропустила. Вахтерша не курит, а продает сигареты студентам поштучно. Зарплата то нищенская, вот и приходится выживать…

— Ах, да, я с Танькой вчера хоть и поругалась, но договорилась: ты останешься у меня на ночь, — улыбаясь, добавила позже Лена, прочитав вопрос в моих глазах. – Перекусим омлетом, и пойдем в душ… Вместе…

После слов Лены, низ живота приятно свело. Не веря своему счастью, я мигом уплел омлет, предвкушая гораздо более приятное угощенье.

Облупленная ржаво-коричневая плитка на полу и стенах душевой, покрытые ржавчиной краны, запах плесени и туалета… Все это казалось мне изысканным и прекрасным, когда со мной была Лена.

— Хочешь меня помыть? – лукаво улыбаясь, и протягивая мне мыльную мочалку, спросила уже обнаженная девушка.

Я принялся осторожно намыливать ноги, постепенно поднимаясь выше.

— Не спеши, — томно проговорила Лена, когда я дошел до бедер.

Неукоснительно повинуясь, обняв Лену, и уперев членом бритый лобок я занялся ее спиной, уделив внимание «ямочкам Венеры», потом перешел на аккуратную подкачанную попку, запустив пальцем между ягодицами, проскользнув анус, повел палец дальше, совсем легонько введя во влагалище.

— Ах! – вскрикнула Лена. – Не спеши, — сказала она, убирая мой палец и поворачиваясь спиной ко мне.

Прижавшись членом к попке, я намыливал шею, ложбинку между грудей, саму грудь — небольшую упругую единичку, опустился к животику, на котором хорошо просматриваются кубики пресса, опустил руку ниже, провел мочалкой по промежности. Я чувствовал, что мне достаточно потереться членом о мыльную попу девушки, и я кончу, не в силах остановиться. Лена забрала у меня мочалку, а я принялся одной рукой гладить ее грудь, а другую запустил ниже лобка. Девушка застонала, немного вильнув бедрами, и я кончил, испачкав спермой попу и спину Лены…

— Извини, — сказал я Лене хриплым и дрожащим голосом, отстранившись от ее тела. – Ты такая классная. Очень завелся… — густо покраснев, тихо проговорил я.

«Придурок! Такой момент испоганил!» — мысленно бранил я себя.

— Ох уж эти мальчишки-скорострелы, — как будто без обиды и злости проговорила Лена. – Не кори себя, Женечка. Я это предвидела, только ожидала на твой финал после того как буду сама тебя намыливать. Мальчикам в твоем возрасте, прелюдия противопоказана, — со знанием дела закончила Лена.

Я никак не отреагировал на ее замечание, уколовшее прямо в сердце, подавив в себе озвучить вопрос: «А сколько же у тебя было, мальчишек, неопытных и опытных?»

Намылив меня и вместе смыв пену и мою семенную жидкость под душем, мы пошли в комнату, где Лена сбросила халат, едва закрыв дверь.

— Кончишь раньше меня – уедешь на фазенду еще сегодня, — в шутку или серьезно сказала девушка, снимая с меня футболку. Прижавшись ко мне, девушка провела ноготками по начинающему подавать признаки жизни члену, и больно укусила за шею. — У тебя есть шанс реабилитироваться.

Воскликнув от боли и неожиданности, и посмотрев на девушку, увидел не милую и нежную соседку, которую любил лет с десяти, а какую-то хищницу, готовую укусить тебя в любой момент. Лена выглядела сногсшибательно: мокрые черные волосы, едва доходившие до плеч, закрывали половину лица, горящие черные глаза, загорелое подтянутое тело, с резким белым контрастом ниже живота и на груди, кубики пресса… «Пантера!», — подумал я.

Почувствовав какое-то животное желание, заведенный от укуса и ревности, смутно начиная осознавать, что я у нее только «очередной», я грубовато схватил девушку и повалил на кровать. Поцеловав ее в шею, опустил губы к груди, нежно поцеловал твердый сосок, и довольно сильно укусив его.

Ай! – воскликнула девушка, потянув одной рукой мое лицо к себе и прильнув к моим губам, а другой схватила уже вставший член, направляя его во влагалище. Лена обхватила ногами мой таз, немного подмахивая своим, и впившись ногтями в спину, принялась наполнять полупустую общагу очень громким стоном.

Надежда никогда не разрешала мне входить в нее до конца и так резко, а Ленке это очень нравилось. Да и мне внутри девушки было куда более приятно, несколько раз я даже ощутил сокращение мышц влагалища.

— Резче! Да! Не останавливайся! Чуть быстрей! Еще! Вот так, – командовала мокрая от стекающего с меня пота девушка, ослабляя давление ногтей на кожу моей спины, когда я делал не так, как ей хотелось, и сильно впиваясь, когда угождал. «Такой себе индикатор удовольствия», — пронеслось у меня в голове. Мои толчки становились все более быстрыми, ее крики все громче, кожа на моей спине начинала сильно жечь. Лена перестала подмахивать тазом, только сильно сжала своими ногами, обвивающими меня, и отпустила. Сдерживая крики, не двигаясь, резко надавив, и постепенно ослабляя давление ногтей на кожу моей спины, она как то начала обмякать, перестав впиваться ногтями в кожу, принялась нежно разглаживать пальцами вмятины на моей спине.

«Наверное, мне уже можно. Как раз вовремя!» — подумал я, вытаскивая член и изливаясь спермой на ее живот.

— Не плохо, — устало сказала Лена, вытирая туалетной бумагой сперму на своем животе, — ты заработал возможность остаться еще на 2 часа. – Лена засмеялась, вернув образ той девушки, которую я любил. – Возможно, я тебя даже прощу. А теперь, в душ!

Второй раз был еще более ярким и бешенным. «Нужно будет ее сзади, чтобы пантера не доставала ногтями », — подумал я, ощущая жжение на спине, а теперь и на ягодицах.

Мы, в очередной раз, вернувшись с душа и перекусив, курили у открытого в комнате окна. Редкие пешеходы быстро проходили по территории студгородка, спеша вернуться домой до наступления грозы. Небо на юго-западе чернело грозовыми тучами, обещая обрушить ливень на вечерний Киев.

— Лен, я хотел с тобой поговорить, о нас, — начал я разговор, набравшись храбрости.

— Не переживай, ты полностью реабилитирован, до утра я тебя не то что не выгоню, а даже не отпущу – еще нужно омлет отрабатывать и макароны с тушенкой, — Лена мило улыбнулась, понимая к чему я клоню. — Ничего не говори, сегодня мы вместе, а завтра — может и не наступить, ты меня совершенно не знаешь. — Девушка как то странно на меня посмотрела.

За окном бушевала стихия, полуночное небо разрывали зигзаги молний. Лена лежала на животе, смеялась и извивалась от моего «массажа»:

— Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы… — припеваючи говорил я, щекоча иногда ее обнаженное тело, а мыслями возвращался к Тане.

— Ну, все, не люблю щекотку. Почему грустишь? – Лена легла на спину, головой к моим ногам, подперев согнутой в локте рукой голову, смотрела мне в глаза.

Я опустил глаза на ее бритый лобок. Кожа уже не слепила белизной, а была красноватой от сильного раздражения, небольшие наружные половые губы, хорошо выделяющиеся внутренние…

— Гипнозом не возьмешь, а на поцелуй отзывается безумным сексом, — тихо проговорила Лена, приподнимая ногу и мягко направляя рукой мою голову между своих ног.

— «Как будто о себе сказала», — подумал я, ощущая горячие губы на своем члене.

Утром следующего дня, еле переставляя от усталости ноги, я плелся с электрички по направлению к фазенде. День обещал быть очень душным, июльское солнце испаряло влагу вчерашнего ливня.

Первая ночь с Леной была шикарной, о чем она мне сама и призналась, прощаясь ранним утром у крыльца общежития. Больше оргазмов за вечер и ночь я не получал никогда. Ни до, ни после. Мне, почему то было грустно. Такое ощущение, что в комнату меня вводила одна девушка, которую я безумно люблю, а кровать делила совсем другая: дико сексуальная, неутомимая, требовательная и отзывчивая, но совсем не та! Да и Таня с головы не уходила. Ну почему меня начинает все сильнее тянуть к самому родному человеку?!

Размышляя, я поднялся на крыльцо, тихо, стараясь не шуметь, открыл ключом дверь, и увидел Таньку, мирно посапывающую в веранде, на моем диване.

Продолжение следует…

Ну как, понравилось?

Нажми на сердце, чтобы оценить!

Средняя оценка 0 / 5. Количество оценок: 0

Оценок пока нет. Поставь оценку первым.

Дружище, почему такая низкая оценка?

Позволь нам стать лучше!

Расскажи, что надо улучшить?

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.